Бывший. Ворвусь в твою жизнь

— О, — откидывается назад и постукивает пальцами по столешнице, — тревожный звоночек.

— Ты это по личному опыту вещаешь такие истины?

— Конечно.

— Так ты тогда развелся?

Я напрягаю икры, чтобы справиться с волнением. Это вопрос меня преследовал все эти годы. Лгал ли он о разводе?

В глазах Адама пробегает темная тень, и он медлит с ответом.

— Да ты издеваешься, — не могу сдержать в себе короткий и разочарованный смешок. — Вот же…

Обалдеть.

— Развелся, Мила, но не сразу, — наконец отвечает он. — Год назад.

Во рту становится горько, а в легких застряли металлические шарики разочарования.

— Ты ведь ушла тогда, — взгляда не отводит. — Не стала меня слушать, разбила сердце.

— Год назад? — вскидываю бровь и возмущенно повторяю. — Год назад? То есть и тогда ты мне лгал?

— Нет. У меня были свои соображения остановить бракоразводный процесс, и одна из причин — ты.

— Какая прелесть, — делаю глоток кофе, замираю и медленно выдыхаю через нос.

— Хочешь выплеснуть кофе мне в лицо?

— Да. И он уже остыл. Ожогов не будет. И очень жаль.

— Я скучал по тебе.

На мгновение сердце замирает от его проникновенного шепота и легкой улыбки, однако я в следующую секунду понимаю: он лишь провоцирует меня. Я отставляю кружку и вздыхаю. Я тогда сделала правильный выбор. И это меня почему-то очень печалит. Я бы хотела услышать, что Адам все-таки развелся, как и обещал, но он „лживая сволочь„."

"— Терять любимую женщину мужчине тяжело, — его голос понижается до глубокой вибрации, — и больно.

— Ты сейчас про жену?

— Про тебя.

Вопреки здравому смыслу и моей обиде ноги тяжелеют, и внизу живота теплеет.

— Прекрати, — морщу нос, чтобы скрыть свою слабость перед Адамом. — Как всегда красиво стелишь, но жестко спать. И делаю ставку на то, что это не ты развелся, а жена тебя кинула, потому что ей осточертело терпеть твоих сладких девочек. Я ее не осуждаю за то, что она так долго тянула, но женщины всегда тянут до последнего в надежде, что муж все осознает и изменится.

— Еще варианты? — вопросительно приподнимает бровь.

— Ну, — тоже откидываюсь назад и копирую расслабленную позу Адама, — ты все еще женат. И у тебя есть дети.

— А у тебя?

— Что у меня?

— Дети есть? — резко поддается в мою сторону и шепчет. — Может, сын или дочь лет четырех?

— Наш головокружительный роман обошелся без залета, — обнажаю зубы в оскале.

Это была еще одна причина глупых девичьих мук. В самый острый момент моих истерик я страдала, что не унесла с собой частичку Адама. Я проливала слезы и фантазировала, каким мог быть наш малыш. У него бы были обязательно глаза Адама и мой носик.

— А мы ведь не предохранялись.

— Пронесло, — жестко отвечаю я.