Бывший папа. Любовь не лечится

Я не хотел бы, чтобы ты питала ложные надежды раньше времени.

- Сейчас речь не обо мне…

- Ради тебя я начал ворошить прошлое, как бы сложно и больно это ни было. Позволь, я сам разберусь.

- Тебе не кажется, что ты и так слишком долго был сам? – беру его за руку. – Как и я… - горько усмехаюсь. – Я хочу помочь. Как раньше, Назар, помнишь? Мы ведь все решали вместе, обсуждали…

- Дело в отце, - перебивает меня. – Он против. Но я подал запрос в обход его знакомых. Жду результат.

- Да у Егора Натановича всюду глаза и уши, ничего не получится, - обреченно закатываю глаза. Вздрагиваю, пронзенная неожиданным подозрением. - А ведь и аборт он предложил. Более того, заставлял нас его сделать, - произношу с затаенным страхом.

- Нет-нет, Надя, - прикрывает глаза и качает головой, будто отгоняет злых духов. – Давай не будем делать поспешных выводов.

- Как скажешь, - рвано выдыхаю. – Я хочу домой, - заявляю немного капризно.

Флер семейного счастья улетучивается. Прошлое врывается в наше настоящее – и разбивает его в щепки. Без Ангелины мы не сможем соединиться. Беда всегда будет стоять между нами, напоминая о себе и отравляя болью.

- Угу, - бурчит Назар, считав мое настроение по глазам.

Жду, пока он ответит на какой-то срочный звонок и поможет мне пересесть в коляску. Чтобы не думать о своей ущербности, прислушиваюсь к телефонному разговору.

- Вячеслав Никитич, что-то случилось в центре? – обращается к своему заместителю.

- Нет, у нас все под контролем, Назар Егорович. Просто вас тут девушка спрашивает. Наша коллега, доктор. Говорит, привезла документы, которые вам нужны.

Многозначительно переглядываемся. В повисшей тишине отчетливо слышу стук собственного сердца, которое, кажется, выпрыгнет из груди от паники.

- Из роддома? – лепечу одними губами.

Назар хмурится, неопределенно пожимает плечами. Побарабанив пальцами по корпусу телефона, на удивление холодно бросает:

- Можешь забрать и оставить в моем кабинете? Я завтра приеду, посмотрю.

- Не отдает, - доносится из динамика. - Настаивает, что должна передать их лично в руки.

- Так, ладно, - вопросительно посматривает на меня, дожидается одобрительного кивка. – Заедем по пути домой. Я буду на месте примерно через полчаса.

Во дворе реабилитационного центра «Надежда» мы оказываемся чуть раньше обозначенного времени. Сыночек спит в автолюльке, убаюканный по дороге. Я откидываюсь на спинку кресла, жестом показывая Назару, что мы без проблем подождем его в салоне. Столько, сколько нужно. В конце концов, речь о нашей малышке. Я и так два долгих года ждала – несколько минут ничего не изменят.

- Я быстро, - обещает он мне и целует в щеку.

Помедлив, ловит мои губы, сминает их так, будто имеет на это право. А я… не сопротивляюсь. Отвечаю на поцелуй, такой уютный и правильный.