Бывший папа. Любовь не лечится

Настоящий Назар Богданов.

- Я проведу вас в палату, переждете ливень там, - нехотя отстраняюсь от них, чувствуя почти физическую боль, будто от меня часть тела отрывают. - Медперсонал предупрежу, чтобы никто вас не беспокоил, - не прекращая важно говорить, я обхожу кресло и аккуратно везу жену с ребенком к входу в центр. За нами послушно плетется теща с детской коляской и сумкой.

Стараюсь идти быстро, но осторожно, потому что в моих руках сейчас двойная ценность.

- Медсестра сказала, что в это время посещения запрещены, - взволнованно отзывается Надя, покачивая сына и заботливо прикрывая его собой от дождя."

"- Правила здесь устанавливаю я, - толкаю коляску к пандусу. Заезжаем на крыльцо и останавливаемся под козырьком. – Итак, я предлагаю следующее… Наталья Петровна, попросите охранника придержать дверь, - ненавязчиво избавляюсь от тещи хотя бы на несколько секунд. Выдыхаю с облегчением, когда она скрывается в здании, и подаюсь ближе к Наде, которая тут же оборачивается. – Первые два дня побудешь здесь с ночевкой, под наблюдением специалистов, в том числе и моим. Это важно, придется потерпеть, - уговариваю ее. – Твоя мать сможет привозить Назарку… - спотыкаюсь на имени, откашливаюсь и, справившись с нахлынувшими эмоциями, продолжаю невозмутимо: - Она сможет привозить его в свободное от процедур и занятий время. Предварительный график я составлю к утру и сразу же передам тебе, чтобы ты могла по нему ориентироваться. Палата в вашем распоряжении, Наталье Петровне выпишу пропуск, чтобы беспрепятственно заезжать на территорию. Если что-то дополнительно будет нужно, скажешь мне.

- Два дня, а потом? – задумчиво тянет Надя. Сомневается, но готова к переговорам. Слушает меня внимательно. Общаемся, как раньше, а от обычной беседы мурашки по коже.

- За это время я подготовлю полный курс реабилитации, - краем глаза ловлю тень. Охранник выходит на улицу и терпеливо ждет, пока мы заедем внутрь. – При условии, что ты будешь старательно трудиться и выполнять все мои предписания, со временем я смогу отпускать тебя на ночь домой. К сыну, - уточняю хрипло и мягко, покосившись на ерзающий сверток на ее коленях. Назарка размахивает ручками и бьет ножкой в подлокотник, что-то мурлычет невнятно.

- Надюша, надо попытаться, - перебивает меня Наталья Петровна, но в этот раз я на нее не злюсь.

Удивительно, что она на моей стороне, и я благодарен ей за поддержку. Очень вовремя мы оказались по одну сторону баррикад. С крепостью под названием Надежда я в одиночку не справлюсь. Покорить, чтобы спасти. Парадокс.

- Можно вопрос? – мрачно свожу брови, когда мы закрываемся в палате. Надя небрежно кивает, а сама занимается ребенком, заметно оживая в процессе.