Бывшие. Ты так ничего и не понял

— За то, что он исчез из твоей жизни.

— Нет, конечно, Марин. Это случилось бы рано или поздно. Я уверен, что у него все прекрасно, ведь его окружают любящие люди. Ульяну я больше не видел и ничего не знаю о ней, — произносит совершенно спокойно. — Я уверен, у нее тоже все хорошо и она счастлива в браке.

— Значит, ты не поддерживаешь с ними связь… — скорее констатирую, чем спрашиваю.

Денис поднимается, приближается ко мне, кладет руки на мое лицо и поднимает его.

— Они давно в прошлом, Марина. Когда на чашу весов лег наш развод, мир заиграл совсем другими красками, и я понял, что совершил слишком много ошибок. Старые привязанности померкли перед жестоким осознанием реальности.

Он проводит рукой по моим волосам и произносит:

— Разрыв отношений с Ульяной и Лешей — ничто по сравнению с потерей тебя, Марина.

Глава 46

Марина

Находиться с Денисом в одном гостиничном номере, пусть и в разных комнатах, стало сложно.

Нет, и до этого наше пребывание тут нельзя было назвать спокойным.

Я изо всех сил стараюсь делать вид, что ничего не происходит, и всячески избегаю Дениса.

Сам Стафеев не ставит никаких рамок и позволяет мне упиваться ощущением, что я еще что-то решаю.

На самом деле, я уже давно поплыла. Не только в чувствах, в своем состоянии тоже. Убеждения, что раньше казались совершенно непреложными и не поддающимися сомнению, как законы физики или теорема в математике, сейчас безбожно трещат по швам.

Бесполезно анализировать или искать выход — я знаю финал нашего, по сути, несуществующего противостояния, и каким он станет, решаю уже не я.

Об этом смешно думать, потому что и тут, как бы я себя ни убеждала в обратном, мое мнение не столь существенно.

Именно поэтому я оттягиваю все, что может сблизить меня с Денисом еще сильнее. Не потому, что не готова, — просто я не могу поверить.

Поверить в счастливое будущее, на которое он намекает.

Кто даст мне гарантию того, что, едва мы снова станем семьей, его опять не переклинит?

Ведь и тогда, до свадьбы, я не замечала никаких изменений в его поведении. Он был внимателен, чуток, смотрел так, что у меня подкашивались коленки.

Все так же, как происходит и сейчас.

Кто выступит поручителем и скажет мне: «Нет, Марина, тебе не о чем переживать. Едва вы сойдетесь, он не начнет рефлексировать и страдать по старой жизни и первой жене».

Это глупо? Надо бояться?

Да, наверное, глупо и бессмысленно.

Вот бы еще найти тумблер у себя в голове, отвечающий за сомнения, и переключить его."

"— Марина, хватит отсиживаться, я знаю, что ты проснулась, — Денис стучит в дверь моей комнаты.

Я дергаюсь, как вор, пойманный с поличным.

Нервы мои накалены. Я натянута как струна.

— Выходи, принесли завтрак, — заканчивает он.

Вот уже два часа, как я трусливо сижу в своей комнате.