Бывшие. Первая жена

Запоздалый страх, который приходит, когда ты оказываешься в безопасности.

Я хочу подойти к нему, но Ян не смотрит в мою сторону.

— Убери ее отсюда, быстро! — огрызается он на Германа. — Уведи ее!

— Следи за шефом, — кидает он телохранителю рядом. — Вернусь через минуту.

А меня ведут к выходу. За навесом Герман подхватывает меня на руки, ускоряя шаг.

— Почему он остался? — оборачиваюсь, пытаясь рассмотреть, что происходит в тени брезента, но там только силуэты. — Почему Ян не пошел с нами, Герман?!

За поляной стоят еще люди Горского.

Но они далеко — за линией деревьев.

Роман говорил об этом: люди Горского с той стороны поляны. Там же, наверное, машины, может, вертолет. Там мое спасение.

Я надеюсь, что ничего плохого уже не случится. Герман не будет его ждать: он получил приказ убрать меня как можно дальше, спрятать, чтобы больше никто не получил рычаг влияния на Горского.

Я только сейчас это поняла.

— Герман! — вскрикиваю я, услышав выстрел за нами, и он кидается вперед, уводя меня под прикрытие полуразваленного строения.

Мы не дошли до линии, где начинается «наша» территория. Наверное, это были обоюдные договоренности — оставить основные силы за пределами места очной ставки, чтобы связать друг другу руки. Но даже если бы они были здесь, нам бы это не помогло. Охрана будет спасать хозяина.

Завязывается перестрелка.

Не просто одиночные выстрелы — шквальный огонь.

— Ян?! — ору я. — Они стреляют в Яна?!

Герман игнорирует меня, заняв позицию перед углом. Из кармана появляется гибкая камера, он торопливо сует ее за угол, в другой пистолет.

Все же было хорошо, когда мы уходили!

Кто начал стрелять?!

— Ничего не вижу, — шепчет Герман. — Кто слышит, я за складом лесопилки… Вера, вниз!

На нас обрушивается стрельба.

Я сжимаюсь, упав на корточки. Закрываю уши ладонями и ору, не слыша собственного вопля. От досок летят щепки. Внезапно все стихает.

Холодно. Так тихо, что не слышно ничего — или я оглохла от выстрелов?

Вопросительно смотрю на Германа. И наконец начинаю слышать: лес и свое перепуганное дыхание.

— Слышь, ты! — орет Богдан. — Вы отрезаны от своих! Ты же понимаешь, что это конец! Отдай девку и вали!

Он специально это сделал…

— О, боже… — шепчу я. — Нет, нет, нет!

Я понимаю, что произошло.

Помню, что Богдану сказал Роман и что тот ответил.

Передай: я запомнил его слова.

Обещал, что я посмотрю и поболею — кто кого в драке.

Не знаю, слова Яна о деньгах так повлияли или желание мной обладать хоть раз, но Богдан атаковал нас! Не только Яна, судя по стрельбе в разных местах поляны, Романа тоже, и сейчас все бегут в разные стороны, только мы застряли!

— Ты же не сделаешь этого? — хнычу я. — Герман?

— Нет. Он лжет. Меня убьют, как только я тебя отдам.

Герман проверяет магазин, достает запасной.