Бывшие. Я тебя верну!

 – Жены, понял?

– Знаем, знаем, – хмыкнул Вадим и тоже к Жданову повернулся. – Жена – это святое.

– Мне чужих не нужно, – ровно ответил Жданов. – Своя есть.

– Я так понимаю, у нас тут клуб бывших мужей?

– Я не бывший, – буркнул, утирая рожу. Опять бровь расхерачили. Я опять боевой красавчик.

– Так-то я тоже. Только меня жена нахер послала. А это очень далеко.

– Знаю. Меня туда же отправили.

Артем с его товарищем трещал о чем-то. Они вроде знакомы оказались. Мы со Ждановым холодными взглядами обменялись. Мало нам приятного разговоры разговаривать.

– Предлагаю выпить по кислородному коктейлю за знакомство, – произнес Вадим.

– Ой, Дым, чё ты как первоклассник. Давайте лучше затусим вечером? Артем, ты как?

Брат хмыкнул и положительно кивнул. Может, реально мальчишник устроить? Не, никаких баб, чисто с мужиками потрындеть, побухать, поплакаться. Ева сегодня у моей мамы, а Наташа просила дать ей выдохнуть, не давить присутствием.

– Да, Наташ? – ответил сразу, как увидел, что звонит. Все же она прошлую беременность ходила тяжело – я всегда должен быть доступен. – Что случилось?! Где вы?

Глава 41

Наташа

– Улыбнись, как пай-девочка! – крикнула Света-фотограф и усиленно закружила вокруг меня.

У меня сегодня фотосессия для каталога спорттоваров. Я, оказывается, хорошо в них выгляжу. Чувствовала себя тоже неплохо. Анализы удовлетворительные, но врач приказал покой. Никаких стрессов.

Я стала в очередную позу и поймала взглядом свое отражение. Практически не изменилась, такая же стройная. Скоро это будет не так, и мне понадобится одежда другого кроя. Возможно, пригласят на фотосет для беременных. Хотя вряд ли я подойду. Ситуация у меня не стандартная: ребенок будет, а мужа нет. Для идеальной картинки не подхожу.

Конечно, я думала о Роме. О том, как радовался моей беременности. О том, что рассказал: у него нет сына. Значит, с этой несчастной овечкой ничего не связывало. О том, что любит меня. Детей наших. Достаточно ли этого, чтобы простить мужа? Наверное, да. А чтобы снова начать верить? Доверять, как себе? С этим сложнее."

"Мне страшно. Не того, что загуляет. Вижу, что Рома сам себя давно наказал. И вся ложь его связана с изменой. Я другого боялась. Кого бы ни родила – я буду счастлива. А вот он… А если снова девочка? Нет, Рома будет любить, искренне и сильно, но… Это будет не сын. Демьянов так рьяно признал этого мальчика своим. Даже не убедился, как следует. Неужели пол так важен? Может, это как не закрытый гештальт? Или необходимая деталь в его картине мира, чтобы быть полностью счастливым? Я не верила в дурацкие заморочки, продиктованные мачизмом, а вот папа его… Андрей Иванович очень хотел внуков, даже я чувствовала это давление, а если Рома тоже?

Он всегда любил и уважал отца.