Бывшие. (Не)покорная истинная для адмирала

— Ты идёшь со мной, и мы, судя по всему, только тебя и ждём, — сказал я, чувствуя, как внутри поднимается гнев. Она пыталась отдалиться, оттолкнуть меня, но это только раззадоривало.

— Нет. Это ошибка, — её голос дрожал, но она держалась. Её независимость — всё это делало её ещё желаннее.

— Хватит упрямиться, Лис.

Когда она попыталась вырваться, я сжал её руку крепче. Её кожа под моими пальцами была горячей, и это ощущение заставляло меня хотеть большего.

Я только увидел ее. А уже терял себя. Дракон рычал. Желал присвоить.

Не понимаешь по-хорошему? Пойдем другим путем.

Я следовал за ней. Её фигура, её движения — всё это было для меня невыносимо притягательным.

И этот долбанный чемодан, что она тащила с таким независимым видом.

Думал выкину его к чертям собачьим.

Что она в него так вцепилась?

— Расскажи, как ты жила всё это время, Лис? — спросил я, пытаясь проникнуть в её мысли, узнать, что она чувствует. Её ответ был резким, но я видел, что она не так уверена, как пытается казаться.

— Отлично жила, — ответила она, но я знал, что это ложь.

Я не видел её глаз, её выражение лица.

Злит, зараза! Специально накаляет!

Она хотела быть подальше от меня.

Какой-то смертник посмел занять место рядом с ней, моё место.

В моей голове возникли образы, один страшнее другого: кто-то другой держит её за руку, обнимает, целует. Моя Лис, моя огненная, дерзкая Лис, теперь принадлежала другому.

Этот смертник, кто бы он ни был, не знал, с кем связался.

Я едва удержал себя от того, чтобы не помчаться выяснить, кто этот человек. Дракон внутри меня рвался на свободу, жаждая мести. Он хотел уничтожить всех, кто встал между мной и моей Лис.

Я стиснул зубы, стараясь не выдать своих эмоций, но руки сжались в кулаки, а дыхание стало тяжёлым и прерывистым.

И как я мог так быстро забыть о ее предательстве? Вот что она делает со мной? Как имеет так много власти надо мной?

Р-р-р!

— И потому ты позволяла клеиться к тебе Райнару? — спросил я, пытаясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё кипело.

Она не ответила сразу, и я увидел, как в её глазах промелькнуло что-то похожее на растерянность.

Дракон внутри меня рвался наружу, жаждая расправы.

— Хотя верность и ты вещи несовместимые. Ничего не меняется, — усмехнулся я. — Не будем нарушать традиции. Жду у себя вечером.

Когда я покидал её, гнев и ревность раздирали меня изнутри, но я знал, что должен был сохранить самообладание.

Отдал приказы о выходе в море. Разложил карту, чтобы проложить еще раз маршрут.

Но чёртова бывшая стояла перед глазами.

Её аромат. Убийственный, такой желанный для меня. Пожалуй, только это в ней и изменилось. Он стал ещё более манящим и притягательным. Аромат водных лилий усилился, расцвел лотос. Для меня она пахла морем и свободой. И все это сводило с ума.

А потом в каюту вошёл друг.