Ребёнок для бывшей

Так нужно ли оттягивать неизбежное?

Кивнув, я набрала номер Ромина, и когда тот ответил, представилась скороговоркой:    

- Здравствуйте, вы меня не знаете. Я Арина Сереброва. - Запнувшись и немного помолчав, всё же добавила: - Жена Яна Сереброва. Это имя вам о чём-нибудь говорит?     

Я аж дыхание задержала. Сидящая напротив Лена сделала то же самое. Когда же с той стороны разговора послышался глубокий бархатный голос, я поняла, что ожидала услышать что угодно, но только не это.   

Чуть помедлив, Марк ответил:    

- Это имя мне о многом говорит. А вы, должно быть, жена того человека, к которому от меня ушла Вика?      

Я застыла, выпрямив спину и впившись пальцами свободной руки в столешницу. Меня словно окатили ушатом ледяной воды, смешанной с крошевом изо льда. Острые обжигающие обрывки сказанных слов ранили и понуждали сердце то замирать, то колотиться быстрее.     

- Ушла Вика? - выдавила я из себя, и глаза замершей подруги округлились.    

- Именно, - спокойно ответил Ромин. - Или хотите сказать, что звоните мне по какому-то иному поводу?    

В его голосе послышалось что-то вроде удивления. Нет, не явного, скорее того, испытывая которое, сам поражаешься, откуда в твоей жизни вдруг взялись некие нюансы. Вроде бы знал обо всём досконально и вдруг - новости.       

Вот такими новостями и стал для Марка мой ошарашенный тон, когда я переспросила об уходе Вики к Сереброву.     

- У меня был лишь один повод, - упавшим голосом ответила Ромину. - Я желала разобраться в том, во что меня окунул с размаху муж. Беременность этой вашей Вики, - как я ни старалась, произнести имя бывшей Яна без презрения не удалось, - договоры с клиникой, запертые сейфы, тайны прошлого.    

Чем громче я говорила, тем больший ужас разливался на лице Ленки. Наконец подруга перегнулась через стол и схватила меня за запястье, ощутимо сжав. Это хоть немного, но отрезвило. И дало понять - из меня буквально льётся всё то, что накопилось за эти дни. Возможно, большинство женщин бы смогли справиться лучше меня - бросились бы с шашкой наголо на амбразуру и порубили всех в фарш в попытке добиться или правды, или того, что могло бы их хоть как-то успокоить. Я же переживала всё совсем иначе. Мне нужно было время на то, чтобы остаться в режиме самосохранения. Так я была устроена.    

- Ладно… извините, - сказала я, когда поняла, что зашла в своём негодовании слишком далеко.     

Да и ко всему - именно я позвонила Марку. Скорее всего, он уже давно забыть забыл и о Вике, и о том, что случилось. Даже если и сказал, что имя Яна ему о многом говорит.    

- Всего доброго, - прибавила к сказанному и уже собралась положить трубку, когда услышала:   

- Я могу записать ваш номер?       

Ромин произнёс эти слова совершенно будничным тоном, словно давая понять, что этот вопрос ничего не значит.