Во власти бывшего

И хотя Арина заслужила это, я не собираюсь поддаваться соблазну. Ведь она родила Таню, сохранила ее, не избавилась. Только данный факт спасает эту женщину от того, что я хочу с ней сделать за всю ложь и предательство.

- Пожалуйста… - доносится мне в спину. - Защити ее от Антона…

- Моя дочь уже в безопасности, - последнее, что я говорю ей, прежде чем покинуть квартиру.

- 24 Арина -

Сколько проходит времени, прежде чем я могу хотя бы двигаться? Не знаю.

Я так боялась, что Алекс узнает правду. Боялась, что он накажет и отомстит за то, что посмела родить. Он же бьет словами за то, что скрыла правду.

Неужели и правда ребенок так важен для него? Или дело в пресловутом контроле?

Когда опустошение и отчаяние немного ослабевают, обыскиваю всю квартиру в надежде найти хоть какую-то возможность либо сбежать, либо связаться с мамой.

Воронцов сказал, что дочь в безопасности. Что это значит? Что он забрал ее? А мама? Она же не в курсе, что Таня - наша дочь. Я даже ей не рассказала, что именно провернула в роддоме. В тот момент страх за мою кроху был таким сильным, что я смогла уболтать заведующую не только сделать липовую выписку, но еще и Таню оформить отказником, которую я, вроде как, и удочерила. Ради этого я отдала все деньги, что у меня оставались.

Я не хотела втягивать маму, и, как оказалось, не зря. Ведь и Градов не знал, что Таня - дочь Алекса. Если бы знал…"

"В бесполезных попытках проходит еще один день. Я почти не ем, не сплю. Кричу, долблюсь в дверь, уверенная, что здесь есть камеры, и Алекс видит и знает, что происходит.

Но даже разбить окно не выходит - видимо, не просто стекло. Хотя чему удивляться?

Страх за дочь и за маму сводит с ума. Так что когда, наконец, дверь открывается, мне кажется, что я схожу с ума, что это галлюцинация.

Медленно выглядываю в коридор, а в следующее мгновение несусь со всех ног к двери. Потому что рядом с Алексом стоит она, Танюша.

- Мама! - радостный писк дочери, последнее, что я помню, прежде чем схватить ее на руки и начать оседать на пол.

Крепкие руки удерживают меня от падения, и я сталкиваюсь с ледяным взглядом Воронцова.

- Отпусти ее.

Приказ, обжигающий не хуже удара хлыста. Дочка лопочет без умолку - как она скучала, как бабушка ей обещала, что мы скоро увидимся, что она в парке нашла какую-то игрушку-щенка. А меня разрывает от эмоций. Я не могу вымолвить ни слова. Только смотрю на нее сквозь слезы, контролировать которые не выходит.

- Отведи дочь в комнату. Скоро привезут еду, - добавляет равнодушным холодным тоном Саша. Только тут я вспоминаю, что мы не одни.

- А моя мама?

- Вернулась к себе.

- Куда - к себе? Мы же продали квартиру… - растерянно спрашиваю в ответ. На что получаю многозначительный взгляд. Да ладно? - Ты выкупил ее?

Алекс не отвечает, кивает в сторону сумок и уходит из квартиры.