Бывшая жена мажора

Я уже не тот, кем был в двадцать три, но сейчас, в мои тридцать один, все ощущается не таким уж разным. Если не считать того факта, что теперь безумных авантюр стало меньше, но с ними я распрощался, как только адреналиновая зависимость сменилась зависимостью от Аси. Неужели я правда думал, что это когда-либо изменится?

Признаюсь, был момент, когда я искренне верил, что она мне не нужна. Что я больше не люблю ее. И она считала также, потому что в какой-то момент мы приняли решение расстаться. Развелись после пяти лет брака. Но в итоге мы все равно вместе. Снова женаты. Потому что факт в том, что как бы мы не запутались, не утонули в рутине, не рассорились к черту, нас все равно тянет друг к другу. Я действительно не могу без нее.

– Мамотька, с днем лождения! – вбегает в комнату взъерошенная и взволнованная Фима.

– Спасибо, зайчонок, – протягивает к ней руки Ася, приглашая в свои объятия.

Фима запрыгивает на кровать и принимается целовать свою любимую мамочку с энтузиазмом щенка, которого ей недавно подарил дедуля.

– Папа, подалок! – требовательно смотрит на меня маленькая командирша, закончив с поздравлениями.

– Ах точно, подарок! – делая вид, что только вспомнил, восклицаю я. – Я же его забыл!

– Как забыл? – округляет глаза малышка, вырываясь из объятий матери и подползая ко мне. – Папотька, сто зе делать?

Я едва сдерживаю смех от ужаса, написанного на ее маленьком личике. Подхватив своего зайчонка за подмышки, подбрасываю ее в воздух под звонкий визг, и прижав к себе целую в пухлую щечку.

– Подарок будет вечером, потому что его надо красиво-красиво упаковать, малыш.

– В лозовую бумагу? – серьезно спрашивает Фима. – Тогда ладно. Мы с мамотькой любим лозовый.

– Да, очень любим, – посмеивается Ася.

Она постоянно жалуется, что уже до смерти устала от всего розового.

– Давайте покушаем, пока все не остыло, – перевожу тему с подарка, потому что я действительно приготовил сюрприз, которого нужно ждать до вечера."

"Положив дочь на матрас, я беру с тумбочки поднос и устраиваю его на коленях у Аси. Зная, что малышка прибежит к нам, я положил двойную порцию оладий в форме сердца, а также, кроме кофе для Аси, принес любимый сок Фимки.

– Это ужасно неправильно – есть, не помыв зубы, – жалуется Ася, отпивая кофе и морщась.

– Ты мыла их перед сном, – напоминаю я, хотя это мало ее утешит. – К тому же, раз в году можно сделать исключение и забыть о гигиене.

– Фу, противный! – бросает в меня салфетку жена и Фима хихикает, указывая на меня пальчиком.

– Плотивный папа, фу!

– Я вам покажу, какой я противный, когда вы доедите! – рычу я, кусая пальчик малышки, отчего она визжит и прячет руку за спину.

– Плохой папотька, не кусайся!

– А ты не обзывайся, – щипаю ее за щечку.