Чужих детей не бывает

Воздух состоит из разных газов, преимущественно из азота, газа, инертного во многих отношениях, из кислорода, который, напротив, активен, и углекислоты, которая — яд. На изучение этого материала не придется тратить время. И эти знания я должна попытаться поставить себе на службу.

Улучшив минутку, я стояла у себя в кабинете и тренировалась создавать воздушный щит. В учебнике он описывался как абсолютно прозрачный щит из уплотненного воздуха, который дает небольшую защиту от магии и физического урона. Получалось не очень. Утешая себя тем, что получится не сразу, я продолжала раз за разом свои попытки до тех пор, пока меня не сбили с концентрации. Внизу нарастали крики, которые сложно было не услышать даже за закрытыми дверьми:

— Вернулись, они вернулись! Мир вернулся!"

"Что, вернулась наша экспедиция? Ричард вернулся? Эту мысль я додумывала бегом спускаясь по лестнице. Народ активно стекался на задний двор. Гевин и дедушка Ульх не пропускали детей за определенную черту, за которой творилось чудо. Из портальной рамки, влекомый дрисхами-помощниками дриад, выплывал штабель пиломатериала и как бы самопроизвольно «откочевывал» в сторону, освобождая дорогу следующему. Руководил этим действом незнакомый мне молодой человек. Руководил мастерски, ведь именно ему подчинялись дрисхи. Наконец, я увидела Ричарда, который указывал незнакомому юноше, какой штабель куда направлять. Штабеля тяжелого бруса отправлялись поближе к будущей стройке, они понадобятся первыми, а более легкие доски пристроились в отдалении. Как интересно, я ожидала увидеть бревна, занайтованные в связки, а тут готовые пиломатериалы! Это так замечательно! Даже задумываться не буду, как они это сделали, сделали и здорово! Судя по ширине досок, деревца были просто толстенными, в два обхвата, точно. Если кедрач такой огромный, то каковы шиквеи? Хорошо, что я их купила немного. Мир, Вирт и Эд уже ввинтились в массу встречающей детворы, пытались отвечать на вопросы, задирали носы и всячески хвастались. Поток штабелей казался нескончаемым, но, наконец, он иссяк, и ко мне шагнул Ричард. Мужчина достал из-за пазухи пушистый букетик земляники, свежий, как будто только срезанный и нисколько не примятый. Букетик был собран из веточек, увешанных крупными спелыми ягодами, кое-где мелькали белые цветочки. Не удержавшись, я сорвала ягодку и с удовольствием съела. Никогда еще мне не доводилось вкушать землянику с таким ярким терпким вкусом. Потянувшись за второй ягодкой, я смутилась от того, каким пристальным вниманием Ричард сопровождает каждое мое движение.

— Откуда земляника в такое время года? — задаю первый попавшийся вопрос, дабы избавится от вгоняющих в краску мыслей. Господи, мне словно шестнадцать и я на первом свидании.