Вираж бытия

 – Вы посмотрите на красноармейцев! Да и даже на их командиров! Они совершенно не следят за своим видом! А ведь еще Владимир Ильич говорил в своем выступлении – не нужно бояться человека с ружьем. И это правильно! Но как же поступать простых людям, если перед ним предстает некто вооруженный, выглядящий вроде бандита?

Посему и за ненадлежащий внешний вид он требовал вводить личную ответственность. Такую же иерархическую, что и за грязное оружие.

– Ибо бардак во внешнем виде – есть бардак в голове! Хаос! Как неупорядоченный человек может пользоваться дорогим оружием, доверенным ему советским народом? Только бездарно разбазаривая народное имущество!

В завершении он коснулся наградной системы.

– Мы сейчас находимся в ситуации, когда можем поощрять только поистине выдающиеся достижения. Но это – не правильно. Нужно вводить разнообразную и многоплановую систему наград и проистекающих из них поощрений. Людям хочется, чтобы их успехи и заслуги, пусть даже скромные, находили некое внешнее выражение. И людям это нужно дать…

В общем – шокирующее выступление.

Сочное.

Убедительное.

Яркое.

С массой метких примеров не в бровь, а в глаз. Требующее при этом самых минимальных финансовых затрат. Совершенно не заметных для военного бюджета.

Но оно вступало в принципиальное противоречие с той линией развитие РККА, что проводил Троцкий. Ведь Фрунзе хотел видеть армию четко отлаженное военной машиной, а не стихийным порывом трудящихся. Да и ситуация с «и.о.» многим пришлась не по душе. Не спасло тут даже то, что сам нарком оказывался в таком же положении. И что ему пришлось бы закрывать курс военного училища, военной академии и доучиваться на политехе.

В общем – ЦК не приняло его предложений единым пакетом.

Голоса разделились примерно поровну с незначительным перевесом в сторону противников. Все-таки Михаил Васильевич был весьма и весьма убедителен. Поэтому Политбюро вынесло вердикт «о создании комиссии для доработки предложений товарища Фрунзе». Троцкий и предложил, который в голосовании воздержался…

Глава 9

1926 год, май 8, Москва

Несмотря на все перипетии, дела и тревоги Михаил Васильевич Фрунзе продолжал совершать прогулки. Практически каждый день. Хотя бы по полчаса, но как правило – по часу-полтора.

Для здоровья.

В дополнение к почти что ежедневной гимнастике, теперь уже с утяжелением. Благо, что к маю он в целом уже оправился от операции. И даже мог себе позволить один-два раза в неделю поработать на брусьях. Без фанатизма. Ибо тело оказалось еще совершенно к этому не готово. Благо, что заезжал посмотреть на упражнения СОН он регулярно. А у них уже имелась довольно спортивно-тренировочная площадка для общей физподготовки.