Мера бытия

Сергей пару раз прошёлся вокруг машины, согревая руки в карманах бушлата. Рукавиц у него не было, потому что он бросил их на ходу регулировщице Танюше. Проезжая мимо, он увидел, что Таня держит флажки голыми руками, красными от мороза.

— Где варежки?

В ответ Танюха отмахнулась:

— Потеряла!

— Держи, сестрёнка!

Сергей считал сестрёнками всех девушек с трассы. Да и как иначе, если их связывало братство Дороги, которое делало людей роднее родных.

— Куда запропастилась Катя? — спросил Сергей вслух, обращаясь к полуторке. Он уже чувствовал, как внутри него нарастает беспокойство, замешанное на страхе. Умерла? Попала под бомбёжку?

Кати не было.

Пару раз пришлось прогреть двигатель, чтоб не заморозить радиатор, а потом Сергей не выдержал и поехал к Кате в казарму.

— Ясина? — удивлённо сказала дневальная с остренькими татарскими глазками. — Ясина в увольнении. Она уже давно ушла, — и задумчиво сощурившись, уточнила, — в половину пятого. Я как раз на дежурство заступала.

— Спасибо.

Вернувшись к машине, Сергей медленно поехал маршрутом, по которому должна была пройти Катя. Он поймал себя на том, что от волнения сжимает руль с неистовой силой, и ослабил хватку.

«Где же ты, где?» — металось в голове, заслоняя все остальные мысли."

"Следов недавней бомбёжки нет, на улицах тихо и пусто. Снова и снова он вглядывался в тёмные подворотни, искал взглядом людей, находил женские фигуры, думал, что это Катя, и вновь обманывался.

Около военных патрулей он резко затормозил и по субординации обратился к старшему по званию:

— Товарищ лейтенант, разрешите обратиться?

Молодой паренёк в командирской форме вскинул голову:

— Обращайтесь, товарищ боец.

Он был совсем мальчиком, в свежей с иголочки форме. И, наверное, гордился своим званием, как ребёнок новой игрушкой.

Сергей спрыгнул на землю и козырнул:

— Не видели девушку в форме МПВО? — и добавил по-простому: — Мне очень надо её увидеть.

В глазах лейтенанта промелькнуло жалостливое понимание:

— Нет, не видели.

Тогда Сергей вспомнил про обстрел и рванул туда, всё ещё надеясь, что откуда-нибудь из-за угла выйдет Катя. Широкий Измайловский проспект (Сергей так и не привык к новому названию — проспект Красных командиров) по обочинам был засыпан высокими снежными валами чуть ли не в человеческий рост. Протоптанными в снегу тропками гурьбой шли прохожие, дождавшиеся окончания обстрела.

Две девушки в форме МПВО вели под руки высокого мужчину.

— Девушки, вы Катю Ясину не видели?

— Кати здесь не было, — ответила высокая девушка, — она сказала, что собирается навестить друзей.

— У неё дежурство завтра утром, — добавила другая.