Быстрые воды

На самом деле один из моих братьев – пластический хирург, второй – отоларинголог, он лечит насморк, а мой отец – акушер. Наверное, это тоже в некотором роде наркотическая зависимость.

– Но не такая сильная, как в нашем случае, – возразил он, и она кивнула. – Увидимся, – сказал он, после чего вернулся к своей работе, обходя этажи, чтобы убедиться, что они не забыли никого из тех, кого следовало срочно эвакуировать.

Шон Келли считал и ее тоже кризисным менеджером, и Жюльетта, поразмыслив, решила, что он был недалек от истины. Не в личной жизни, которой у нее почти не было с тех пор, как она поступила в медицинский институт. А в ее работе в отделении экстренной помощи, от которой она по-настоящему испытывала удовольствие. Она с восторгом приходила на работу, ей нравились напряжение и бешеный ритм, царившие здесь. Он был прав, признала она и швырнула пустую пластиковую чашку из-под кофе в корзину с мусором, собираясь вернуться к работе. Шон сказал, что и он такой же. Нужно обладать особым складом характера, чтобы заниматься тем, чем занимаются они.

Когда Жюльетта подошла к сестринскому посту, ее направили в маленькую подсобку, в которой стояла раскладушка, и выделили ей два часа для сна. После того как ураган прокатился по городу, им предстоял трудный день, а может быть, и несколько трудных недель. И пройдет немало месяцев, прежде чем город снова вернется к нормальной жизни. Одно было несомненно – этой ночью ураган «Офелия» круто изменил жизни множества людей. И Нью-Йорк, и весь мир будут всегда помнить о случившемся. И эта катастрофа породит героев, таких, как Шон Келли и его коллеги-спасатели.

После полуночи Питер и Бен больше не смогли связаться с Анной по мобильному телефону, а их проводной телефон уже не работал. Они просидели за разговорами почти всю ночь, прислушиваясь к окружавшим их звукам и глядя в окно на затопленные улицы. Машины смывало бурным потоком, и они исчезали под водой. По улицам проплывали полицейские катера, разыскивая людей, нуждавшихся в помощи, и по возможности спасая всех, кто оказался в опасности. Этой ночью звук мощных моторов полицейских катеров стал уже привычным. А здание так устрашающе скрипело под напором ветра, что временами казалось, будто оно вот-вот обрушится. И ребята знали, что не смогут выбраться наружу в эту ночь. Они были единственными, кто остался в здании. Все остальные эвакуировались, и к утру ребята уже поняли, что совершили ошибку. Они почти чувствовали, как здание раскачивается на ветру. А Майк, понимая, что происходит что-то ужасное, сидел и настороженно смотрел на них всю ночь. Бен гладил его, стараясь успокоить, и большой черный лабрадор поскуливал и с тревогой смотрел на него.

– Все хорошо, мальчик, все хорошо, – уверял его Бен, но Майк жалобно скулил.