«Сандал», которого не было

Но не тогда, когда каждый пистолетный выстрел валит одного автоматчика. Ответ на третью очередь – и темная фигура с криком вывалилась со второго этажа производственного цеха.

– Молодец, Шум! – в восторге закричал Змей. – Мочи их всех!

В это время на территорию завода ворвались три неприметные машины, из которых высыпались и рассыпались в цепь бойцы резерва. Их было человек двенадцать, вооруженных автоматами Калашникова и пистолетами-пулеметами «Кедр» и «Скорпион». Обстановка резко изменилась. Огневой шквал обрушился на прятавшихся за машинами кавказцев, ударил по снайперским позициям, раскрошил кирпич стен цеха, за которыми притаились уцелевшие автоматчики.

Через несколько минут все было кончено. Бойцы тайсоновской группировки обшаривали территорию, добивая уцелевшего противника.

– Уходим! – скомандовал Шум по привычке брать на себя командование при убитом командире. И, как ни странно, ему все подчинились.

«Гелендваген» и «Лендкрузер» стоили своих денег: несмотря на то, что кузовы их были изрешечены пулями, двигатели завелись с первого раза. В джипы погрузили убитых и раненых. По городу ехать на них, естественно, было нельзя, и Змей по рации передал команду выслать транспорт к гаражам.

Все оружие сложили в машину резерва с одним водителем, она направилась к выезду из города, чтобы не попасть в сети операции «Захват», которая, несомненно, развернется через некоторое время. Джипы кавказцев подожгли, «пустые» бойцы по одному и по двое уходили в разные стороны, покидая место самой большой с лихих девяностых криминальной бойни.

– Смотри, что я с этого рыжего снял. – Змей протянул Шуму традиционный кавказский кинжал в ножнах с серебряным окладом. Тот наполовину вытащил тускло блестящий широкий клинок с двумя долами.

– Хорошая вещь, – оценил Шум. – Видно, родовой, старинный. Представляешь, сколько он крови попил?

Он протянул оружие обратно, но Змей отвел его руку.

– Себе оставь. Это твой трофей. Если б не ты, нас бы всех ухлопали…

– Спасибо! – кивнул Шум.

Ночь уже вступила в свои права. Включать фары Мухтарыч не торопился и, довольствуясь полной, зловеще-багровой луной, ехал медленно, будто крался, чтобы не привлекать внимания. Трофейный АКМС‑74У с двумя связанными «валетом» магазинами лежал на пассажирском сиденье, а ПСМ и ПМ с досланными в ствол патронами и выключенными предохранителями лежали в карманах куртки. Сопровождаемый лаем собак, он проезжал погруженные во мрак дома, только кое-где горел свет – как и в любой сельской местности, ложились спать здесь рано.

В призрачном красноватом свете лесополоса на выезде из села темнела впереди сплошной стеной. Казалось, дорога упирается в эту стену, а значит, дальше – тупик. Но препятствие возникло раньше.