Между нами ничего не было

Я стала наблюдать и выяснила, что Эмиль действительно, прежде чем съесть основную еду, первым должен употребить мандарин. Иначе все. День испорчен и вообще, гори все синим пламенем.

Долго я не решалась спросить, а почему так? Что-то вроде слишком интимного и личного, о чем задавать вопросы просто…ну, не комильфо как-то. Все, что я делала — это носила с собой три мандарина в контейнере. Везде. И всегда. Передавала даже «под партой», в качестве запрещенной контрабанды. А потом, когда наши отношения перешли…ну, кхм, на другой уровень, однажды я все-таки задала этот вопрос, который столько лет меня мучил. Ответ был поразительно…простым.

Оказалось, что мандарин — это его любимый фрукт, и стопора в этом вопросе у него не было. Я его в этом понимаю, конечно. Если мне что-то нравится, я тоже могу съесть сразу очень много. Взять хотя бы вишню, которая росла в огороде у моей бабули. Как-то я съела слишком много, и потом меня тошнило ей же всю ночь. Не очень звучит, согласитесь.

Так вот. У Эмиля стопора не было тоже. Родители не могли его остановить, и доходило даже до аллергии. Тогда, чтобы избежать плачевных последствий, отец хитро поспорил с ним. Мол, ты не сможешь целый месяц есть по одному мандарину за прием пищи. Ну, не сможешь. Слабенько у тебя, сынок, по самоконтролю. Так бывает. Тогда он, как самый настоящий, юный мужчина, решил доказать обратное. Целый месяц он ел по одному фрукту за прием пищи и… да, вот так сложно и одновременно просто выработал у себя привычку.

С-самоконтроль. Д-дисциплина.

Сейчас он продолжает вести эту привычку дальше и работать над собой. Вполне себе крутая практика, которую, кстати, с учетом на то, что у нас скоро появится ребенок, неплохо было бы взять на вооружение. Я имею в виду, такую ловкую, родительскую хитрость.

Но пока я только чищу мандарин и кладу на тарелку Эмиля, а сама улыбаюсь. Его отец рассказывает интересную историю о том, как они привыкали к жизни в Италии.

- А я никогда не была в Италии, - говорю с легкой грустью, - Но всегда мечтала увидеть Колизей. Мне кажется, что там ты себя чувствуешь, как будто бы внутри истории…

- Так не беда! Что говорит доктор про беременность?

- Все хорошо проходит?

- А. Да! Да, конечно, - киваю и слегка краснею из-за собственной глупости, - Она говорит, что ребенок в порядке, никаких патологий нет, и если все будет продолжаться дальше в таком же темпе, то мы родим здорового малыша.

Рамзан Ильясович мягко улыбается в ответ.

- Ну, слава богу. Значит, вы можете прилететь к нам в гости.

- Ой, что вы. Я просто так сказала и...

- Ничего не хочу слышать. Ждем!

Бросаю взгляд на Эмиля, который уже прикончил половину мандарина, а теперь сидит и сияет.

Он вообще…все время такой. Сияющий.