Где бы ты ни скрывалась

Думала, что, если я пойду лечиться, это мне поможет… освободиться от своего синдрома.

— Правда?

— Ну да. Но теперь мне кажется, что общение с тобой, например, снимает стресс гораздо лучше, чем любые расслабляющие практики.

— Это что, такой витиеватый комплимент в мой адрес? — засмеялся Стюарт.

Я тоже засмеялась:

— Ага. Знаешь, я не всегда была такой, как сейчас. — Зубы у меня немного стучали.

Мы завернули на Толбот-стрит."

"— Да что ты? — смеясь, спросил он. — То есть иногда была трезвой?

Я шутливо пихнула Стюарта локтем в бок, но сразу же снова водрузила его руку себе на плечо.

— А вот и не угадал. Раньше я могла болтаться по барам всю ночь. Каждую ночь, если было время. Пила как не знаю кто. Дома почти не бывала. В общем — дура полная.

— Почему сразу «дура»?

— Ну, я подвергала себя такому риску! Представляешь, иногда я так напивалась, что вообще не помнила, что происходило потом… Короче, я могла остаться дома у незнакомого парня, понимаешь? Или пригласить мужика, с которым только что познакомилась, к себе домой. Сейчас, когда я оглядываюсь назад, я удивляюсь, что со мной тогда ничего не случилось.

— Я тоже очень этому рад.

— Ха! Наверное, ты не прочь был бы познакомиться со мной в то время? — игриво спросила я.

Стюарт сжал мое плечо:

— Я рад, что вообще смог с тобой познакомиться.

«Черт возьми, ну не будь таким бесконечно милым. Я этого не заслуживаю!»

— Это еще не все, — сказала я. — Меня дважды принудительно госпитализировали. Короче, два раза забирали в психушку, понимаешь? Чтоб ты знал.

— После того, как на тебя напали?

— В первый раз сразу после этого. Меня выписали из больницы, ну, когда… э-э-э… травмы зажили, — не думаю, что тогда их особенно интересовало, что происходит в моей голове. Но я… тогда не могла следить за собой, мало чего вообще могла. Короче, однажды в аптеке у меня случилась истерика и меня забрали люди в белых халатах.

— Фельдшеры, наверное. Психиатрическая неотложка. Иногда им помогают полицейские.

— А потом примерно год лечения, пока дело не пошло в суд. И во время процесса у меня опять случился срыв, пришлось ложиться в больницу еще раз.

— Но тебе там помогли?

Я пожала плечами:

— Наверное. По крайней мере, я теперь могу жить одна. Я прошла долгий путь, очень долгий. Хочу, чтобы ты знал.

Стюарт кивнул:

— Да, я это вижу. Но это не имеет значения.

— Точно?

— Точно.

Мы подошли к дому. Стюарт отпер дверь своим ключом и тихо, спокойно сказал мне:

— Проверь один раз. Только один.

Я бросила в его сторону сердитый взгляд — мол, сколько хочу, столько и проверяю, но мне и правда хватило одного раза. Это потому, что он был рядом.

Мы поднялись на один пролет и остановились около моей двери.

— Спасибо, что согласилась прогуляться со мной сегодня, — сказал Стюарт.