Пожнешь бурю

Мереуин низко пригнулась к шелковой гриве, наслаждаясь бьющим в лицо теплым ветром, стуком копыт, эхом разносящимся в тихом утреннем воздухе. Широкая дорожка словно была создана для быстрой скачки, и обе лошади неслись под деревьями голова в голову, радуясь свободе не меньше седоков.

Наконец уставшие животные перешли на спокойную рысь. Мереуин с выбившимися из-под шляпки волосами выпрямилась в седле, тяжело дыша и чувствуя, как пульсирует кровь в венах.

– Клянусь, ничто так не возбуждает, как хорошая скачка, – произнес Иен, подъезжая ближе и заглядывая в ее раскрасневшееся улыбающееся лицо.

Мереуин согласно кивнула, радуясь внезапно возникшей меж ними близости, и тут же подумала, что этому скоро придет конец. До чего редко они вот так, по-дружески, разговаривают друг с другом, чаще их отношения напоминают постоянные военные баталии.

– Поразительно, как ловко вы держитесь в седле, Мереуин, – заметил Иен, глядя вдаль сквозь деревья и не замечая грусти на ее лице. – Я с удивлением должен признать, что вы, в конечном счете, неплохо воспитаны. А вчера вечером вы по-настоящему изумили меня светскими манерами.

– Разумеется, вы ожидали, что я начну отплясывать шотландские народные танцы, а не менуэты, – холодно ответила Мереуин, и маркиз невольно вспомнил замечание Элизабет по этому поводу.

– Я был удивлен, – честно признался Иен, поворачивая к ней голову, и сразу заметил замкнутое выражение ее лица, несколько секунд назад такого веселого и беззаботного. – В ваших глазах появился опасный блеск, – произнес Иен, опуская руки на мощную холку жеребца. – Чаще всего такой взгляд предупреждает, чтобы я был начеку. Интересно, не вызвано ли ваше недовольство моим замечанием о вчерашнем вечере?

– Ничего интересного, – мрачно отрезала Мереуин. – Я хочу знать, что вы намерены делать теперь, когда сказали леди Хамфрис о нашем предполагаемом браке. Это дьявольское вранье, о чем мы оба прекрасно знаем, но даже ваш старший конюх уже слышал об этом! Не удивлюсь, если сия потрясающая новость вовсю обсуждается в лондонских гостиных, а ваши бывшие любовницы разносят ее по всему городу.

Иен радостно расхохотался и долго не мог успокоиться. Наконец он оборвал смех и посмотрел на нее:

– Не стоит преувеличивать мою популярность, мисс. Вы вскружите мне голову.

– Вам? – с притворным изумлением переспросила Мереуин. – Голова ваша и без того так закружена, что я удивляюсь, как вы еще умудряетесь попадать во входную дверь!

– Мне давным-давно следовало бы укоротить ваш острый язычок.

Мереуин не совсем поняла, сердится он или нет, однако повторила вопрос:

– Так что вы намерены делать?

– Вы имеете в виду свадьбу? – Иен равнодушно пожал могучими плечами. – Пускай клушки-сплетницы кудахчут сколько вздумается.