Посеявший бурю

Думаю, там есть какое-то подземелье. Наверняка Василевского держат где-то там.

— Можно отправиться прямо сейчас, — предложила Таисия. — Я помогу.

— Не раньше, чем расскажете правду о Мебиусе, — хмуро взглянул на нее Никита. — Что происходит?

— Рано или поздно я бы все равно рассказала. — Женщина поежилась, обхватила плечи руками. — Просто не хотела делать это раньше времени. Слишком многое поставлено на карту… Да не смотрите вы так. У меня есть секреты, которые я обязана хранить даже от самых близких людей. Воскрешение Мебиуса — одна из таких тайн. Он сейчас здесь, недалеко. Можете расспросить его обо всем сами. Конечно, если он захочет говорить.

Таисия поманила ребят за собой.

Никита взвалил бесчувственную Пеструю Ленту на плечо, затем они вернулись в дом, но теперь спустились в подвал. Таисия толкнула толстую стальную дверь, за которой начинались ступени, ведущие вниз, еще глубже. Никита еле сдерживал волнение. Он не общался с Мебиусом с той самой встречи, после которой все решили, что метаморф мертв. И расстались они тогда, прямо скажем, не лучшим образом.

Таисия привела ребят в ярко освещенную комнату, которая совсем не напоминала подвальное помещение. Пол закрывал толстый ковер, вдоль стен стояла мягкая мебель, в углу виднелся стол, рядом пристроился холодильник, на который взгромоздилась микроволновая печь. Только окон не было.

Высокий мужчина в черной майке и синих джинсах стоял у стола спиной к вошедшим. Он что-то готовил, нарезал ножом овощи на разделочной доске. Рядом с ним сидел… Артур Леонидов. При виде Никиты глаза его изумленно расширились.

Мебиус обернулся и с подозрением прищурился. Никита не знал, что сказать.

— И ты здесь, — выдохнул он, глядя на Артура. Затем склонился и уложил Яну на ковер.

— Видимо, придется кое-что объяснить, — смущенно пробормотал Леонидов.

— Всем нам, — согласилась Таисия. — Пришло время раскрыть карты.

— Привет, — смущенно взглянул Никита на Мебиуса.

Казалось, тот совершенно не изменился с их последней встречи. Та же бледность, тот же колючий взгляд. Только теперь у Мебиуса была стильная короткая стрижка. Свет ламп отражался в блестящих пластинах его хромированных рук.

— Ты спас меня там, в метро. Я думал, мне это привиделось…

— Спас, — кивнул Мебиус.

— Но почему? Я думал… Мы с тобой враги.

— В последнее время мне пришлось пересмотреть свои взгляды на жизнь. Иногда ради этого стоит разок умереть. Столько лет я прожил в ненависти, желая отомстить оборотням за Ингу… Но она сама оказалась монстром. И понял я это, лишь когда она принялась рвать мою плоть своими клыками. А ее отец, профессор Штерн, в это время стоял в стороне, скрытый ночной темнотой, и спокойно наблюдал за происходящим.

— Он тоже был там? — изумился Никита.

— Был.