Буря Жнеца. Том 1

Потому-то куратор и нападает на него снова и снова, всегда с одним и тем же оружием: скрытой угрозой разоблачить, опорочить доброе имя Танала Йатванара. Но во всех этих преступлениях виноват сам Карос Инвиктад. А если представить, какие контр-обвинения может выдвинуть сам Танал, если потребуется – у него ведь есть копии всех записей; он знает, где спрятаны все секреты. Запятнанное кровью богатство куратора, собранное с поместий его жертв. Танал знает, где хранятся записи. И трупы исчезнувших…

Дойдя до запертой двери пыточной камеры, он взял лампу, которую оставлял на полке, и с нескольких попыток запалил фитиль. Затем поднял тяжелый засов и одной рукой толкнул тяжелую дверь.

– Так быстро вернулся? – Голос звучал, как хриплое карканье.

Танал зашел в комнату.

– Опять обделалась. Ничего – это в последний раз, Джанат Анар.

– Значит, пришел меня убить. Да будет так. Давно надо было это сделать. Жду не дождусь, когда покину эту искалеченную плоть. Привидение нельзя заковать. А значит, после моей смерти узником станешь ты. И пыткам будешь подвергаться ты. Всю твою жизнь, надеюсь, долгую, я буду шептать тебе в ухо… – Она закашлялась.

Он подошел ближе, чувствуя внутри пустоту; решимость пропала от ее страстных слов.

Наручники будто сами кровоточили – она опять боролась с оковами. Мечтает замучить меня, уничтожить. А как иначе? Разве я могу ждать от нее чего-то другого?

– Посмотри на себя, – сказал он негромко. – Ничего человеческого не осталось. Тебе наплевать, как ты выглядишь, какой я увижу тебя, когда приду?

– Ты прав, – ответила она скрипучим голосом, – следовало потерпеть, пока явишься, пока подойдешь поближе. И опорожниться прямо на тебя. Извини. Боюсь, мой кишечник сейчас не в форме – мышцы неизбежно слабеют.

– Ты не околдуешь меня, женщина, твоя душа ни на что не годна – бездна сметет ее, я уверен. И потом я пока не собираюсь тебя убивать…

– Вряд ли это будешь решать ты.

– Я буду решать все! – заорал Танал. – Все!

Он прыгнул к ней и начал освобождать руки, потом ноги. Она потеряла сознание и рухнула мешком, чуть не сломав обе ноги; он с трудом снял оковы с ее покалеченных, ободранных лодыжек.

Она почти ничего не весила, и ему удалось быстро подняться примерно на двадцать ступенек – до бокового прохода. Скользкий булыжный пол постепенно понижался. Танал шел с женщиной на одном плече и с лампой в свободной руке. Крысы удирали с его пути в стороны, где от почти постоянных потоков образовались глубокие узкие канавы.

Постепенно капель темной воды с полукруглого потолка над головой превратилась в настоящий дождь. От воды Джанат пришла в себя – достаточно, чтобы застонать; Танал был рад, когда она вновь потеряла сознание и прекратила царапать слабыми пальцами его спину.

И тогда появилась вонь.