Буря Жнеца. Том 1

Где бы мы ни причалили, они окажутся под боком, не успеем мы набросить последний швартов. Кроме тюремного острова. – Шурк нахмурилась. – Вот досада, я ведь хотела заглянуть домой.

– Тогда будем надеяться, что весь этот проклятый флот повернет вверх по реке, – сказал Красавчик Скорген, почесывая глазницу.

– Надеяться и молиться. Ты молишься каким-нибудь богам, Скорген?

– В основном морским. Лицу под волнами, Защитнику утопленников, Глотателю кораблей, Похитителю ветров, Башне воды, Укрывателям рифов…

– Хорошо, Красавчик, достаточно. Оставь список катастроф при себе… только проделай все, что нужно.

– Я думал, вы во все это не верите, капитан.

– Не верю. Но подстраховаться никогда не повредит.

– Однажды их имена восстанут из воды, капитан, – сказал Скорген Кабан, сделав сложный охранительный жест целой рукой. – А с ними поднимутся и моря – высоко, до самого неба. И мир исчезнет под волнами.

– Да чтоб тебя с твоими проклятыми предсказаниями!

– Не моими. Фентов. Видели древние карты? На них береговая линия отстоит на лиги от сегодняшней. И все их селения под сотнями пядей воды.

– И они верят, что предсказания сбываются. Только на это потребуется десять тысяч лет.

Скорген кривобоко пожал плечами:

– Может, и так, капитан. Даже эдур говорят, что далеко на севере лед ломается. Может, десять тысяч лет, может, сто. В любом случае мы будем уже давно мертвы.

Говори за себя, Красавчик. И все же какая идея. Вечно бродить одной по дну моря…

– Скорген, пусть марсовый, Бурденар, спускается, и отправь его в мою каюту.

Старпом скривился:

– Капитан, вы его заездите.

– Что-то не слышала, чтобы он жаловался.

– Еще бы. Нам бы всем хотелось такого везения – прошу прощения за дерзость, капитан. Я серьезно говорю. Заездите, а он ведь самый молодой у нас.

– Именно, а значит, остальных я, возможно, убью. Зови его, Красавчик.

– Слушаюсь, капитан.

Шурк смотрела на далекие корабли. Похоже, они возвращались из долгого похода. Что принесут они в славный Летерас, кроме бочек крови? Поборников. Каждый из которых уверен, что сможет то, что не удалось никому прежде. Убьет императора. Убьет насмерть, чтобы он был мертвее меня и никогда не вернулся.

К сожалению, этому не бывать.

На пути из Летераса Венитт Сатад, должник и слуга Раутоса Хиванара, остановил скромный караван у недавнего приобретения Хиванара. Перестройка гостиницы была в полном разгаре, как смог убедиться Венитт, пройдя в сопровождении хозяина нанятой строительной компании мимо главного здания, где трудились бригады рабочих, и обратно – к конюшням и другим пристройкам.

И тут остановился.

Здание вокруг неизвестного древнего механизма было разобрано. Венитт уставился на громадный металлический монолит, не понимая, почему теперь он кажется таким знакомым.