Буря мечей. Пир стервятников

Твой отец послал лорда Тарли разобраться с ними, и я думаю, не отправиться ли и мне туда. Говорят, он хороший вояка и добычу не зажимает.

Возможность потерять еще и Бронна была последней соломинкой.

— Ну уж нет. Твое место здесь. Ты капитан гвардии десницы.

— Ты больше не десница, — напомнил Бронн. — Десница теперь твой отец, и у него своя гвардия, будь ей неладно.

— А куда подевались те, которых ты нанимал от моего имени?

— Одни погибли у башен, другим твой дядя сир Киван заплатил и велел убираться прочь.

— Как это любезно с его стороны. Выходит, ты потерял свой вкус к золоту?

— Черта с два.

— Это хорошо, поскольку ты мне еще нужен. Что тебе известно о сире Мендоне Муре?

— Мне известно, что он утоп, — засмеялся Бронн.

— Я перед ним в большом долгу и не знаю, как расплатиться. — Тирион потрогал свой шрам. — По правде сказать, я почти ничего о нем не знаю.

— У него были рыбьи глаза, и он носил белый плащ — что тебе еще надо знать?

— Все — для начала. — Тириону нужны были доказательства того, что сир Мендон служил Серсее, но он не осмеливался высказать это вслух. В Красном Замке лучше держать язык за зубами. В здешних стенах водятся крысы, и маленькие, но болтливые пташки, и пауки. — Помоги-ка мне встать, — сказал он, борясь с простынями. — Пора нанести визит батюшке, а заодно и на людях показаться.

— Да уж, им будет на что посмотреть.

— Что такое недостающая половина носа на таком лице, как мое? Кстати о красоте: Маргери Тирелл уже в Королевской Гавани?

— Нет, но скоро прибудет, и город с ума сходит от любви к ней. Тиреллы подвезли из Хайгардена провизию и раздают даром от ее имени — сотни возов каждый день. Тысячи людей Тирелла расхаживают повсюду с золотыми розами на дублетах, и никто из них не платит за вино. А бабы, будь они мужними женами, вдовами или шлюхами, готовы все отдать первому встречному парнишке с розанчиком.

«Они наплевали на меня и ставят выпивку Тиреллам». Тирион соскользнул с кровати на пол. Ноги подогнулись под ним, комната закружилась колесом, и ему пришлось схватиться за руку Бронна, чтобы не шлепнуться носом в тростник.

— Под! — заорал он. — Подрик Пейн! Где тебя носит, ради седьмого пекла! — Боль глодала его, как беззубая собака. Тирион ненавидел слабость, особенно в себе самом. Она унижала его, а унижение порождало в нем гнев. — Под, бегом сюда!

Мальчик действительно влетел в комнату бегом и разинул рот, увидев, что Тирион стоит, держась за руку Бронна.

— Милорд… Вы встали… Это самое… может, вам вина? Сонного? Или мейстера привести? Он сказал, вам надо лежать.

— Хватит, належался. Подай мне чистую одежду.

— Одежду?

Как мог этот парень быть таким находчивым в бою и таким бестолковым во всем остальном?

— Да, Под. Рубашку, дублет, бриджи, чулки.