Близится буря

И раций у них тоже нет, так что дозору связываться с основными силами нечем, разве что манками птичьими, но здесь, говорят, такое работает плохо — и так слишком крикливый лес, не расслышишь никаких манков.

Наша же задача — нанести как можно больше урона за самый короткий промежуток времени. Чем больше раненых — тем лучше. Даже лучше, чем убитых, они стеснят противника, вынудят его развернуться, если их будет действительно много. А потом бежать к лошадям и пытаться оторваться. Все. Умнее уже не придумаешь ничего.

Пока в голове носились такие мысли, мы с Байкиным бежали в обход холмика, на котором должны занять позиции братья Рыбины. Следов вроде быть не должно, с лошадей соскакивали прямо на траву, а таких следов на скаку так просто не разглядишь, уже вглядываться надо. А лошади ведь дальше поскакали, там поляна должна быть, на ней Анисим с Николаем их привяжут к импровизированной коновязи — толстой веревке, натянутой между деревьями.

Бегу и слушаю, не приближается ли сзади звук копыт, — но нет, тихо пока, только все те же птицы с обезьянами, и трава под сапогами шуршит. Ну и Петр пыхтит сзади.

— Вон там кусты и два дерева, видишь? — показал я. — Оттуда и на мостик вид, и на дорогу будет, и нас не заметишь.

— Хорошее место, — кивнул Байкин.

Последний рывок, присели, спугнув какую-то черную птицу с ярко-желтыми перьями на голове, оглядели траву в поисках неприятных сюрпризов, но никаких змей не нашли. Потом завалились, быстро натягивая на голову мою маскировочную сетку, на этот раз разрезанную пополам. Нам теперь только до пояса укрыться — и хорошо. Откинул задний прицел на карабине — он здесь высокий из-за толстой трубы глушителя, иначе никак не прицелишься.

— Сколько до мостика? — спросил шепотом Байкин. — Метров пятьдесят?

— Где-то так, может, шестьдесят, — прикинул я. — Промахнуться трудно. Тебе дальше дорогу как видно?

— Нормально, — сказал Байкин, отключая предохранитель на своем бесшумном карабине. — Не промажу.

— Это хорошо. Ага, натянули, — пригляделся я, приложив к глазу подзорную трубу.

Останавливать противника решили самым примитивным способом — натянув поперек дороги две волосяные веревки. Они и темные, можно просто не заметить, и даже лошадь с разбегу их не порвет, так что волей-неволей, но остановиться придется. Столпившись у веревок и вытянувшись по мосту, если они одной группой скачут. А дальше все понятно. И еще расчет на то, что стрельба братьев и Фрола с Леонтием противника отвлечет, а мы с Байкиным, да еще с малошумным оружием, отсюда сможем настоящее опустошение произвести. Не должны они сразу понять, что отсюда тоже стреляют, — ни громкого звука, ни вспышек. Разве что дымок разглядеть можно будет, но им на тот момент не до того станет.