След бури

Догорали последними всполохами угли в очаге, и по комнате от окна уже начала расползаться прохлада. Геста огляделась, силясь понять, что её побеспокоило. Никаких скверных снов нынче ей не снилось, да и в душе она уже смирилась с тем, что теперь от неё ничего не зависит. Она сделала все, что могла.

И только Геста собралась закрыть глаза, чтобы попытаться снова уснуть, как от стены отделилась тень и приблизилась к её лавке.

— Не люблю, когда ко мне присылают прислугу, — раздался спокойный мужской голос. Ночной гость плавно сел в кресло и опустил руку на стол.

Гесте не доводилось видеть, как двигаются истинные Грюмнёрэ. А теперь она не могла оторвать от него глаз, настолько завораживал каждый его жест. Убийца был одет во всё черное, лишь открытая часть лица между капюшоном и повязкой едва выделялась в темноте. Жутко становитлось от осознания, что можно спокойно спать, даже и не подозревая, что рядом с тобой кто-то есть. А потом и умереть в полном неведении. Может, так даже лучше.

— Как ты сюда попал? — задала Геста совсем уж наивный вопрос. Каждый знает, что для Грюмнёрэ нет преград. Они проберутся куда угодно, мимо самой внимательной стражи.

— Ты же понимаешь, что я не стану отвечать, — убийца тихо усмехнулся. — И пришёл я сюда не для того, чтобы поразить тебя ловкими трюками.

Геста неспешно поднялась с постели и, неловко оглаживая ночную сорочку, будто она вдруг стала прозрачной, приблизилась. Мужчина не пошевелился.

— Затем, что я не доверяю тому, что мне говорят смазливые служанки. И не хотел бы убить невиновного человека.

— Все, кого ты убивал, невиновны…

— Почему же? Они виновны в том, в чём их обвиняли орюмцек. Если для них это достаточный повод для убийства — что ж. Судить их я не в праве. Я лишь выполняю порученную работу.

Геста вздрогнула, когда дверь в горницу отворилась и внутрь заглянул стражник. В его руке была лучина, свет от которой после холодной темноты показался слишком ярким. Парень недоуменно осмотрелся, но, судя по всему, ничего подозрительного не увидел.

— Всё в порядке, госпожа? — только и пробормотал он, продолжая озираться.

Верно, решил, что Геста вовсе спятила, если уж разговаривает сама с собой.

— Я что, уже не могу попить воды ночью? — гневно огрызнулась она и нарочито резко взяла кувшин со стола.

Стражник покривился на грубость и снова скрылся за дверью. Всё это время Грюмнёрэ не двигался с места. Всё так же сидел, закинув ногу на ногу, лишь слегка прищурился от света. Чудеса да и только. Значит, не врут те, кто назвал их Невидимыми.

Гесту просто распирало расспросить, как он смог сделать так, что стражник его не заметил. Но она уже знала, что никаких ответов не получит.