Империя бурь

Острый фэйский слух Эдиона уловил слова Маноны. Генерал повернул голову в ее сторону, когда ведьма сказала:

– Простите, что не сумела ей помочь.

Из кармана доспехов Манона достала Амулет Оринфа и осколок черного камня. Дорин даже отпрянул.

– Элиана говорила… династия Мэлы может положить этому конец. В твоих жилах тоже есть кровь Мэлы.

Золотистые глаза Маноны глядели устало и тяжело. Дорин понял, о чем его просит ведьма.

Аэлина знала: ей никогда не вернуться в Террасен.

Она выходила замуж за Рована, зная, что в лучшем случае проведет с ним несколько месяцев, а в худшем – несколько дней. Но она подарит Террасену законного короля, и он сохранит целостность ее родного королевства.

Аэлина выстроила замыслы для каждого из них. И только для себя она ничего не загадывала.

– Поиски на этом не кончаются, – тихо сказал Дорин.

Манона покачала головой. Он понимал: речь идет не только о Ключах и войне.

– Не кончаются.

Дорин взял от Маноны Ключи. Ощутил их биение и слабые вспышки. Ладонь стала теплой. Это было что-то чужеродное и даже ужасающее, но в то же время… Ключи были единственной преградой между ними и разрушением континента.

Нет, здесь, у кромки Каменных Болот, поиски отнюдь не заканчивались. До завершения было еще очень далеко. Дорин опустил Ключи в карман.

Дорога, лежавшая перед ним, изгибалась, уходя в неизведанный, темный мир. И почему-то это совсем не пугало Дорина.

Глава 75

Рован женился на Аэлине всего два дня назад…

Единственными свидетелями были Эдион и Лисандра. Они разбудили заспанную капитаншу и объяснили, что им от нее надо. Она быстро и без шума поженила их, подписав клятву хранить это событие в тайне.

На празднование их бракосочетания судьба отпустила им четверть часа. Пятнадцать минут в тесной каюте.

Подлинник документа о заключении брака хранился у Эдиона. Копия осталась у капитанши.

Рован стоял на коленях, слушая шум волн и одновременно странствуя по ухабистым путям своих мыслей. Эдион молча сидел рядом, отрешенно глядя в море.

Рован знал.

Часть его личности сразу узнала в Аэлине свою истинную пару. Но Рован отворачивался, загораживался от этого знания. Он поступал так из уважения к памяти Лирии и потому, что знание угрожало опрокинуть его привычную жизнь. А какое убедительное подтверждение он получил во время сражения у Бухты Черепов. Пара, осознающая свои узы, не может причинить вред друг другу. Рован понимал: он – единственная сила, способная заставить Аэлину отринуть чары Денны и вернуть себе способность действовать самостоятельно. И даже когда он получил зримое подтверждение… даже тогда Рован отворачивался от правды, запрещая себе думать об этом и выталкивая подобные мысли из головы. Удивительно, что во всем остальном Рован почему-то считал Аэлину своей парой.