Империя бурь

Пусть бы испепелила Гареля, как того адарланского командира в Илиуме. Эдиону было ненавистно смотреть в отцовское лицо. Он ненавидел отца за раннюю смерть матери и за отвратительную предшествующую жизнь. Ему сейчас больше, чем было ей, когда она покинула этот мир.

– Если твоя сука-королева попытается меня захватить, я перережу ей глотку. А если она посмеет причинить моим близким новые страдания, я перережу и твою.

– Эдион, – хрипло выдохнул Гарель.

Эдиону было странно слышать собственное имя из уст отца…

– Мне от тебя ничего не надо… если только ты не собираешься нам помочь. Возражать против помощи я не стану. А мне, повторяю, не надо ничего.

– Прости меня, – прошептал отец.

В глазах Льва было столько страдания, что у Эдиона мелькнула странная мысль: он добивает поверженного.

– Не у меня тебе надо просить прощения, – сказал Эдион, поворачиваясь к двери.

– Эдион, постой.

Стул под Гарелем скрипнул. Эдиону подумалось, что отец собрался его догнать. Но он не обернулся. Лисандра шла рядом.

– Выслушай меня…

– Убирайся в преисподнюю! – огрызнулся Эдион, толкнув дверь.

Ему было невыносимо возвращаться в «Океанскую розу». Люди, звуки, запахи – все это было сродни пытке. Эдион направился к лесистой горе, высившейся над заливом. Туда, где полумрак, где пахнет сырой землей. Лисандра молча шла следом.

Эдион нашел каменистую площадку, с которой открывался вид на бирюзовые воды залива и разноцветные крыши города. Там он сел и шумно выдохнул. Лисандра села рядом, подобрав ноги под себя.

– Я вовсе не собирался этого говорить, – признался Эдион."

"Лисандра разглядывала сторожевую башню, выстроенную у подножия горы. Зеленые глаза округлились при виде громадного колеса, на которое была намотана часть Кораблекрушителя. Башенная винтовая лестница почему-то находилась не внутри, а снаружи, опоясывая этаж за этажом. На самом последнем располагалась катапульта и еще одно, не совсем понятное устройство, напоминающее не то огромный гарпун, не то огромный арбалет. Возле него на высоком табурете застыл солдат. Стрела была направлена вниз. Сейчас она бы полетела в воду, а окажись на том месте корабль, пробоина быстро бы отправила судно ко дну. Пожалуй, такой стрелой можно было пронзить навылет сразу троих.

– Ты высказал все, что было у тебя на сердце, и не слукавил. Вряд ли он ждал, что ты бросишься к нему на шею.

– Нам нужна их помощь. А теперь… возможно, я сделал Гареля нашим врагом.

Лисандра тряхнула головой, откидывая волосы:

– Нет, Эдион, не сделал. Гарель сознает свою вину перед тобой. Если бы ты велел ему ползать по горячим углям, он бы безропотно починился.

– Вскоре ему доподлинно станет известно, кто я. Это поуменьшит в нем чувство вины передо мной.

– И кто же ты? – хмуро спросила Лисандра.