Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

И вот он здесь, кажется, стоит лишь протянуть руку и снова можно будет ощутить тепло родной ладони, заглянуть в знакомые с детства глаза. Наконец обнять.

— Рика, соберись! — приказал мне отец.

— Я собрана! — огрызнулась на автомате.

— Вы хоть раз в жизни можете не ссориться?! — рыкнул… Рен, выпрыгивая из серого марева.

Портал растянулся, заискрившись молниями. Полупрозрачные щупальца Изнанки цеплялись за его фигуру, тянули длинные рыжие волосы, словно пытались вернуть его обратно, снова забрать от меня. А он стоял передо мной. Такой же, но другой, и улыбался.

— Я… я вас услышал, — прошептал он, протягивая руку.

Зелёные глаза померкли и закатились. Он стал заваливаться назад, а щупальца рванули его с новой силой.

— Рен, нет! — Эмани рванула за ним, обхватила руками его грудь и потянула Рена на себя.

— Не пущу! — я вцепилась в его ослабшую ладонь, но Изнанка была не менее упряма.

Портал не спешил развеиваться несмотря на то, что отец больше его не поддерживал. Впервые я видела на лице Шиара ди Драга выражение ужаса.

— Грани… Они… Рика, уходите! — прокричал он решительно.

Перед ним за секунды соткался из воздуха алый дракон. Длинное тело ящера обвило меня, Рена и Эмани тёплым пламенем. Толчок, ещё один. Животное отпустило нас перед самым проходом. И только тогда проход начал истончаться и исчезать."

"— Происходит то, что я упоминал, Рика. Грани истончились, — отец взмахнул рукой, и огненная волна испепелила нанесённые на каменный пол письмена.

Дракон рассеялся. Эмани рухнула на колени, крепко прижимая к себе Рена, чтобы защитить его от падения. Подорвавшись к ним, я поддержала брата за плечи и затылок, помогая тигрице положить его на пол. И снова рассматривала его лицо. Он изменился… помолодел. Волосы сильно отрасли. А форма академии сидела на нём свободно, он похудел. Изнанка действительно нечто странное, она забрала месяцы его жизни, только иначе.

— Рен, — не заботясь о чистоте дорогой одежды, отец рухнул на колени.

Он бережно положил ладони на грудь и лоб сына. Кожа его засветилась зеленоватым светом, тонкие губы зашептали заклинание.

— Как он? — спросила я еле слышно, и поняла, что щёки влажные от слёз. На моё плечо легла рука Кая, подбадривая. И я с облегчением обмякла, наваливаясь на него. — Пап?

— Повреждений нет, — медленно произнёс он. — Резерв в порядке. Но нужна проверка получше. Он слишком много времени провёл вне нашего мира. Я заберу его домой, — оттянув ворот запашной рубашки из чёрного шёлка, он извлёк золотой медальон в виде дракона с огромным рубином в основании.

— Что это? — нахмурилась я.

— Артефакт перемещения. Мне разрешено только два пересечения защитного купола академии. Потом придётся оформить новый пропуск… но это не важно, — пробормотал он, обратив тревожный взгляд к Рену.