Бунтари элитной академии

Дверь была открыта и звуки приближающихся шагов с ужасом проносились у меня в голове. Демидов был близко, он сокращал расстояние, заставляя мозг медленно плавиться.

– Матвеюшка, ты оглох? – блондин оказался на пороге комнаты. Я запрокинула голову, смотря снизу вверх на Барских, подобно испуганному котенку, которого собирались утопить в речке.

Время замерло. Я замерла вместе с ним. Закрыла глаза. Смириться с участью проигравшего всегда сложно, особенно если ты жертва, особенно если они беспощадные хищники.

– Её здесь нет, – вдруг спокойно ответил Матвей, а я решила, что мне послышалось. – Пошли отсюда, холодно.

– Проклятая сучка, – хмыкнул блондин."

"Барских кинул на меня равнодушный взгляд на прощание, затем развернулся и направился к лестнице.

– Наверное, успела сбежать, – сказал Матвей.

Раздался скрип, видимо парни спускались по ступенькам. Кто-то разочарованно взвыл. Кто-то грязно выругался. Я же обмякла от недоумения. Что это сейчас было?

Мотив слежки прозрачен, а вот поступок Барских – не укладывался в голове. Парень не сдал меня, совершил преступление против братства, несмотря на то, что мы были с ним едва знакомы. Как это понимать?

– Ладно, уходим, братцы. Веселье отменяется.

– Проклятье!

Я не помнила, как вернулось дыхание, а руки перестали дрожать. Всё это время внимательно следила за каждым удаляющимся звуком. Но даже когда меня окружила пронзительная тишина, я не торопилась вылезать из убежища. Безустанно гоняла мысль, что дурной сон случился со мной наяву.

Как объяснить поступок Матвея? Что это было? Добрая воля или очередной ход в бесконечной игре?

Глава 31. Даниил

День пошёл коту под хвост – ни один из намеченных планов так и не выполнился. Я измучился в поисках того, кто присутствовал на играх и мог обладать хоть какой-то информацией. Но никто из полусотни зевак не осмелился заснять хождение девушки по шаткой балке. Никто даже мысли не допустил, что можно сделать фото, ведь это могло обернуться для него трагедией.

Леся и та держала молчание, уповая на потерю памяти. По правде она просто боялась. Либо не хотела посвящать меня. Я исчерпал все попытки поговорить с девушкой, потому что наткнулся на Дашу. Рыжеволосая бестия встала грудью, не пропуская меня в палату. Впрочем, девчонку можно было понять. Несмотря на благой настрой я по-прежнему оставался частью братства. Деталью того разрушительного механизма, на который не нашлось управы.

Временами мне казалось, что все мои неудачи тесно связаны с Амелией. Я до сих пор сгорал от чувства вины и безустанно нёс это бремя. Слышал её голос, что проклинал меня за содеянное. Ощущал фантомный взгляд, который завсегда смотрел с укором. Нередко видел её в Арине, как чертово напоминание о прошлом.