Бунтари элитной академии

– Люди привыкли умываться ложью и становиться глухими, когда дело доходит до правды. И это тоже их выбор, – сделав несколько шагов, Рогов приблизился. Теперь он смотрел на меня сверху вниз, образовав собой тень. – Ты пожелала, чтобы я был откровенен с тобой… Такая пустяковая просьба и в то же время невероятно дерзкая."

"Альфа протянул мне мобильник, но не спешил его отдавать. Я почувствовала себя ребёнком, которого дразнят конфетой.

– Но у тебя по-прежнему остаётся выбор, Рина. Хорошенько подумай, ведь эта правда может тебя ранить.

Я сглотнула. Андрей говорил так, будто он располагает тем, что может перевернуть мою жизнь с ног на голову. Но я знала многое, и едва ли тому могло найтись что-то более омерзительное.

Он и без того перешёл все допустимые границы.

– Я не боюсь, – повторила, аккуратно вытянув из его руки телефон. И пусть уверенности в этом было всё меньше, я постаралась выглядеть непринуждённо.

Впрочем, моей стойкости хватило ненадолго.

Перед глазами стали мелькать кадры из различных видеорядов. Бегло, сумбурно, как те дикие пчёлы, что пытались нагнать обидчика. Спустя лишь несколько секунд я поняла, чем именно поделился со мной Альфа.

Это была хроника игр. Жестокая и без всяких прикрас.

Холодок пробежался по спине, когда картинки стали складываться в одну киноленту, когда сменяющиеся голоса врезались в уши – ликующие и в тоже время истошные. «Герои» фильма участвовали в испытаниях, как безумцы радовались победе или попросту лежали на сырой земле, прося о пощаде. Каркающий смех, драки и лица, умытые кровью. Это были студенты. Десяток парней и девиц, которые губили себя потакая чужой прихоти. Либо у них вовсе не оставалось выбора.

Мне стало дурно. Я понимала, что если продолжу просмотр, то окончательно сойду с ума. Не сдержусь, и тогда проделанная мной работа пойдёт насмарку. Протяжно выдохнув, я отложила мобильник в сторону и попыталась собраться.

– Ты побледнела, – подметил Андрей, заняв одно из кресел. Раскинув руки и по-хозяйски вытянув ноги, он наградил меня скупой улыбкой. – И всё-таки ты ошибалась, Рина. Наши взгляды на жизнь порядком различны. Ты руководствуешься моралью, я же смотрю через призму философии.

Ноты обиды и даже раздражения прозвучали в его голосе.

– Зачем тебе это? – этот вопрос был всегда на повестке. Как часто я им задавалась, но не решалась произнести. Момент был как никогда подходящий. – Для чего это всё, Андрей?

Парень отмахнулся.

– Нет никого смысла углубляться. Любой из моих ответов тебя не устроит.

– Но ведь ты не узнаешь, если не попробуешь, – вернула его же слова.

– Что ты хочешь услышать?

– Правду.

– Моя правда всегда будет для тебя отвратительной.

Рогов явно закрылся. Он принялся трясти ногой, и так же лихорадочно улыбаться.