Бунт отверженных

– Да, это они сегодня приезжали ко мне на работу, и именно этот парень нанес мне ранения, – произнес он и подписал протокол опознания.

– Не верьте ему! – неожиданно закричал Аглямов. – Я вижу его впервые. Он, наверняка, путает меня с кем-то другим.

– Я что, пьяный? – не удержался Гаврилов. – Ты думаешь, я не запомнил тебя в лицо. Врешь! Я тебя хорошо запомнил!

– Ты труп! – неожиданно произнес Аглямов. – Тебя за меня порежут. Неужели, ты этого не понимаешь? Ты еще об этом пожалеешь!"

"Гаврилов промолчал. Он не на шутку испугался угроз. Он растерянно посмотрел на Балабанова, надеясь услышать от него что-то в свою защиту, но тот что-то записывал в свой блокнот и даже не посмотрел в его сторону. Выйдя из кабинета, он направился к Марине. Вслед за ним из этого же кабинета вышел второй паренек, которого милиционеры задержали на улице просто так, на всякий случай.

– Ну что, Марина? Пошли домой! – предложил ей Гаврилов. – Давай, заночуешь у меня. Время позднее, а тебе, как я понял, завтра с утра на работу.

Они пешком направились к Гаврилову. Ни он, ни она не заметили, как за ними до самого дома Игоря проследовал этот самый паренек.

***

Утром Гаврилов решил проводить Марину на работу. День стоял пасмурный, шел дождь, и он надел кожаную куртку, доставшуюся ему в наследство от покойного отца. Куртка была пошита в пятидесятые годы из толстой свиной кожи и была тяжелой, поэтому Игорь надевал ее редко. Вот и сегодня, посмотрев на свой плащ из болоньи, он пожалел его и надел отцовскую куртку.

– Ну и как я в этой куртке? Ты не постесняешься пойти рядом со мной?

– Нет, не постесняюсь. Она хоть и старенькая, но неплохо сидит на тебе. Ты в ней как авиатор из старых фильмов. Тебе не хватает сапог, очков и кепки.

Они вышли из подъезда и прошли буквально метров сто, как услышали рев мотоциклов за спиной.

– Пропусти ты их, а иначе собьют, – предупредила Гаврилова Марина. – Обнаглели. Что им дороги не хватает?

Гаврилов обернулся назад, и его сердце похолодело от страха. Сзади метрах в тридцати стояли два мотоциклиста и газовали. Лица обоих закрывали пестрые платки, и они в этот момент больше походили на американских ковбоев, чем на мотоциклистов.

– Бежим! – закричал Гаврилов, предчувствуя беду. – Марина! Это бандиты!

Марина попыталась бежать, но ей помешал внезапно сломавшийся каблук на левой туфле. Она сбросила туфли, и они побежали, не обращая внимания на лужи и ямы в асфальте. Они успели пробежать около двадцати метров, когда один из мотоциклистов настиг Гаврилова. Он выхватил из-за пазухи обрез охотничьего ружья и выстрелил Игорю в спину. Тот взмахнул руками и, как подкошенный, упал на мокрый асфальт. Второй мотоциклист поднял обрез и направил его в голову Марины.