Бунт отверженных

Он схватил его за горло и с силой прижал к столешнице полированного стола. Директор захрипел. Он попытался оторвать от шеи руку Степанова, но у него не получилось. Когда глаза директора полезли из орбит, Степанов убрал руку с горла.

– Ну и как? Может, повторить? – спросил Степанов. – Сейчас мы тебя здесь, толстый, на глазах твоего администратора «опустим», и станешь ты девочкой.

Он громко засмеялся.

– Давай, дорогой, снимай свои штанишки!

Директор не успел ничего ответить, как рука Степанова снова с силой сжала его горло.

– Скажи, толстый, неужели ты хочешь умереть из-за каких-то жалких денег? Ты же человек с опытом, наворуешь еще.

В углу, вжавшись в кресло, сидел администратор и с ужасом наблюдал за происходящим.

– А ты что молчишь? – повернувшись к нему, спросил Степанов. – Хочешь сказать, что ты не воруешь?

– Я согласен платить вам. Скажите, как это сделать? – пролепетал администратор.

– Вот и хорошо. Видишь, как быстро мы с тобой договорились. Каждую субботу будешь передавать деньги вот этому парню. Цена вопроса для тебя сто рублей в месяц.

– У меня оклад восемьдесят пять рублей. Где я возьму такие деньги?

– Вот свой оклад можешь оставлять себе. А все, что наворуешь, будешь отдавать нам. Понял?

Тот, молча, кивнул головой.

– А сейчас пошел отсюда, – с угрозой в голосе произнес Степанов. – Не вздумай бежать в милицию, на куски порежем.

Тот выскочил из кабинета директора и плотно закрыл за собой дверь. Минут через двадцать из кабинета вышел Степанов со своими ребятами. Проводив их до выхода из бара, администратор вошел в кабинет. Директор сидел за столом. Его лысина была залита кровью.

– Я сейчас вызову скорую помощь, – испугано произнес администратор. – Сейчас!

– Никаких звонков, ни в милицию, ни в скорую помощь. Эти люди ни перед чем не остановятся, а я хочу жить. Пусть плохо и бедно, но жить. Принеси мне воды и бинт. Если что, для всех я ударился головой об ящик. Понял?

– Понял, сейчас все принесу, – ответил администратор и скрылся за дверью.

***"

"Следующей точкой для налета стал приемный пункт стеклопосуды, расположенный в подвале жилого дома. «Бригада» Степанова подъехала туда, когда там вспыхнул скандал. Работавший приемщиком посуды мужчина лет тридцати–тридцати пяти, спорил с женщиной, у которой отказывался принимать бутылки из-под молока.

– Ты что, не понимаешь? Я же тебе говорю, что у меня нет тары. Давай, забирай, свое стекло и вали отсюда. Не задерживай очередь!

– Я никуда не пойду, пока ты не примешь эти бутылки. Я вижу пустые ящики, вон они стоят в дальнем углу.

– Да мало ли, что ты видишь. Сказал не приму, значит не приму.

Женщина плюнула в его сторону и, развернувшись, стала подниматься по лестнице. Пропустив ее, в подвал спустился Степанов с двумя товарищами.