Бунт отверженных

Заметив в коридоре отдела оперативника, он направил его в Институт восстановительной хирургии. Сам же, захватив троих оперативников, поехал в больницу. Он захотел сам опросить пострадавших, чтобы из первых рук получить всю необходимую информацию. Когда они подъехали к больнице, в приемном покое еще находилось несколько потерпевших, около которых стояли их друзья и родственники. Заметив среди них знакомого паренька, Сухов отозвал его в сторону.

– Леша! Расскажи мне, что там произошло?

Паренек испуганно закрутил головой. Ему было не совсем по себе оттого, что его могли увидеть вместе с работником милиции.

– Да ты не крути головой. Если спросят, о чем говорили, все и расскажи. Понял?

– Я-то понял. А поймут ли они?

– Это уже твое дело. Так что рассказывай.

Он еще раз взглянул в сторону своих друзей и начал рассказывать. Из его сбивчивого повествования Сухов понял, что в драке принимали участие ребята из Приволжского района Казани, двое из которых в прошлом году закончили профтехучилище, которое находится на улице Татарстан.

– Как зовут этих ребят, Леша?

– Не помню.

– Как это не помнишь? Учился с ними в училище и не помнишь?

– Вот так и не помню. Они учились не в нашей группе.

– Завтра к десяти часам приедешь ко мне в отдел. Мы с тобой прокатимся в училище.

– Не могу я с утра. Мне нужно на завод.

– Не переживай. Я дам тебе повестку. Все будет хорошо. А если не придешь, то для тебя будет все значительно хуже. Ты понял меня?

– Как не понять? Понял.

– Тогда до завтра.

Сухов вышел на улицу и закурил. Дождавшись товарищей по работе, он поехал обратно в отдел.

***

Евгений Дерябин открыл ключом дверь и, стараясь не шуметь, вошел в квартиру.

– Женя, это ты? – раздался из кухни мужской голос. – Проходи быстрее на кухню. Я давно тебя жду. Где ты был? Посмотри сколько времени!

Он мельком взглянул на настенные часы и прошел в туалет. Быстро вымыв руки, он направился на кухню.

– Ты где был, Женя? – поинтересовался у него отчим. – Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не ходил в этот проклятый подвал. Неужели ты сам не видишь, кто там собирается? Ты же скоро окончишь институт, что у тебя других друзей нет что ли? Да и мать покойная не одобрила бы все это. Ты знаешь, что мне волноваться нельзя, у меня больное сердце. Если ты меня не слушаешь, то хоть сам себя пожалей.

– Хватит, отец, причитать. Мне надоели нравоучения. Я уже взрослый и сам знаю, куда мне ходить и с кем дружить. Когда тебе было столько же, сколько мне сейчас, ты уже был женат и вел самостоятельный образ жизни. Поэтому поменьше рассказывай обо мне своим родственникам, и все будет нормально. Мне просто непонятно, чего ты боишься? Я не пью, не курю.

Отчим пододвинул ему вазочку с печеньем и стал наливать в чашку чай.