Бунт Хаус

Неужели так плохо, что я могу захотеть провести с тобой пару минут? Неужели я действительно так ужасна? Все эти хмурые и надутые гримасы преждевременно состарят тебя. А что потом?

— А потом я стану отвратительным, и люди увидят меня таким, какой я есть на самом деле, — выплевываю я, сарказм сочится из каждого слова, когда я несусь к двери.

Я думал, что смогу справиться здесь с ней, но ошибся. Она спросила, действительно ли она так ужасна? Черт возьми, так и есть. Она вообще не должна была здесь находиться. Не может быть, чтобы отец Дэша прислал ей приглашение, а это значит…

Нет.

Ты, должно быть, шутишь надо мной.

Я убью его на хрен.

— Ты не можешь просто взять и уйти, — кричит мне вслед Мерси. — Я всегда знаю, где ты, Рэн. Всегда. Скоро мы будем проводить много времени вместе.

Я почти колеблюсь. Я почти спрашиваю, что, черт возьми, это должно было означать, но отказываюсь дать ей удовлетворение. Из-за того что я очень хорошо ее знаю, я понимаю, что она полностью объяснила свои намерения этим тщательно поставленным, небрежным замечанием: она возвращается в Вульф-Холл.

Я нахожу Дэшила разговаривающим с лысеющим мужчиной у переполненного буфета. Манеры требуют, чтобы я подождал, пока он закончит свой разговор, но я слишком безумен, чтобы соблюдать светский этикет.

— Мерси? Ты пригласил Мерси?

Дэшил замолкает с открытым ртом. Он закрывает его, потом снова открывает, пытаясь что-то сказать.

— Извините. Я вижу, что моя жена зовет меня, — говорит старый лысый парень и, резко развернувшись, уходит.

Дэш выглядит так, будто сделал бы то же самое, если бы мог.

— Послушай, я просто думаю, что эта история с новой девушкой... ты не смотришь правде в глаза, Джейкоби, и ты, кажется, переключаешься всякий раз, когда Мерси рядом, так что я подумал…

— Значит, ты подумал: «Я знаю, что нужно сделать. А дай-ка я притащу эту ядовитую тварь, которая разрушила жизнь Рэна, через границу штата. Она обязательно все исправит».

— Черт побери! Ты шепчешь. Мне не нравится, когда ты шепчешь. Это значит, что ты вот-вот начнешь крушить все подряд. Мы можем... мы можем просто поговорить об этом позже? Избегай ее, если придется, но, может быть, мы вчетвером присядем после этого…

— Намеренно позволять ей находиться в радиусе двухсот миль от любого из нас –это безумие, и ты это знаешь. Я не собираюсь садиться рядом с ней.

Словно магнетически притянутый с другого конца комнаты обещанием спора, появляется Пакс с салфеткой, полной жареных креветок в руке. У него дьявольский вид.

— Угадай, с кем я только что столкнулся.

— Я уже видела ее, — огрызаюсь я.

Пакс бросает себе в рот креветку, хвост и все остальное.

— Мерси очень горячая, чувак. Прям очень горячая.

Это, должно быть, расплата за то, что сегодня утром я пнул его подголовник.