Бунт Хаус

— Я знаю, что ты лжешь.

Медленно, как будто у него есть все время в мире, Рэн качает головой. Капелька воды скатывается с буйных кудрей, свисающих ему на лицо, и падает прямо на мой рот.

— Я не лгал тебе. И никогда не буду. Я расскажу тебе все свои темные, уродливые истины, даже если они будут пугать тебя, Малышка Эль. Ты...

Он опускает голову, и я замираю под ним. Воздух между нами гудит, наполняясь таким острым напряжением, что оно впивается мне в кожу. Миллиметр за миллиметром он наклоняется ближе и щелкает кончиком языка, слизывая капельку воды с моих губ. Я закрываю глаза, мои легкие сжимаются.

Черт.

Черт, черт, черт.

— Ты будешь моей, Элоди Стиллуотер. Из всех моих грехов и проступков самым худшим будет то, что ты влюбишься в меня.

Глава 11.

РЭН

Четыре дня спустя

Я ПРОВОДИЛ ЕЕ обратно до дома.

Вопреки здравому смыслу. Вопреки каждому импульсу, ревущему в моем теле, я проводил ее до дома и даже пальцем не тронул. До сих пор единственной частью моего тела, которая соприкасалась с Элоди, был мой язык, и тот блаженный момент, когда я осмелился лизнуть ее восхитительный маленький ротик, поддерживал меня в течение нескольких очень неприятных, очень долгих ночей.

С тех пор она ни разу не взглянула на меня. Я проходил мимо нее в коридоре. Наблюдал за ней в классе. Сидел в одной комнате с ней, сраженный ее осязаемой яростью, и каждая секунда этого была раем. Элоди не отходила от Карины ни на шаг. Я знаю, что она делает все возможное, чтобы мы не остались вдвоем, и эта маленькая игра, в которую мы играем, довела меня до безумия. Я мог бы уже затянуть ее в чулан. Мог бы затащить в раздевалку, загнать в угол в кафетерии, или выследить прямо в туалете для девочек, но я пришел к восхитительному осознанию того, что это ощущение между нами — это пьянящее предвкушение, которое не дает мне уснуть, когда я ворочусь в постели в три часа ночи —гораздо более занимательно, чем попытка ускорить ситуацию.

Элоди сама придет ко мне. Она не сможет сопротивляться. Это всего лишь вопрос времени. И мне есть чем заняться, чтобы отвлечь свои мысли, пока я жду, когда ее любопытство возьмет верх.

ДАМИАНА: Рэн, ты собираешься все бросить? Ты же знаешь, что в этом нет смысла. Мы с тобой сделаны из одного теста. Зачем тебе соглашаться на какую-то чопорную маленькую ханжу, если ты уже знаешь, как я хороша?

На вкус Дамиана, как отчаяние, которое покрывает мой язык, оставляя маслянистый осадок во рту, от которого невозможно избавиться даже после трехдневного использования Листерина. Я подумывал о том, чтобы стерилизовать свое барахло в отбеливателе после того, как я был достаточно глуп, чтобы трахнуть ее, но решил, что мой член уже достаточно пострадал и вместо этого принял обжигающе горячий душ.