Бункер

 – Не пора нам сваливать?

– Обычная яма, наполненная всякой дрянью, – отталкиваюсь от чугунного забора. – Возвращаемся…

Мы отходим подальше от берега и, держась фарватера, двигаемся на запад– к эстакадному мосту. Плывем долго, с трудом ориентируясь в мутной воде…"

"Из головы почему-то не выходит проклятая яма с ее содержимым. Ястараюсь отвлечься, думаю о бестолково проведенной ночи на дне грязной реки, о дурацком задании Горчакова, о загубленном отпуске… Амысли сами собой возвращаются к удивительно ровно лежащей поперек ямы чугунной решетке и странному цилиндрическому предмету, намертво увязшему в донном иле.

Пару раз мы выключали фонари и всплывали на поверхность, корректируя курс и оценивая оставшееся расстояние. Наконец впереди показался монолит мостовой опоры. Рядом с ним покачивалась шлюпка.

Матросы помогли нам забраться на ее борт и налегли на весла.

Спустя минут пятнадцать шлюпка подошла к внешнему борту буксира. Мы перебрались на его палубу и пока стягивали с себя снаряжение, отвечали на вопросы Александра.

Кажется, парня огорчило полное отсутствие результата.

– Ладно, – вздохнул он. – Пойдемте в судовую столовую пить чай. Там капитан заждался…

Сидя за столом и с удовольствием прихлебывая из стакана горячий чай, я опять думал о ровной яме под бетонной набережной реки.

– Николай Егорович, – посмотрел я на пожилого капитана, – вы давно живете в Калининграде?

– Да сколь себя помню, – усмехнулся он. – Как говорится, родился, учился, женился и для дела сгодился. Ивсе в одном городе.

– Скажите, а правду говорят, что при немцах город выглядел красивее?

– Так я ж в пятидесятом родился и не захватил тех времен. Отец же сказывал, будто в послевоенные годы много старинных зданий посносили, не подлежащих восстановлению после бомбежек.

– А набережная всегда такой же была?

Не поняв вопроса, капитан пожал плечами:

– А какой же ей быть?

– Ну, скажем… огороженной забором из замысловатого чугунного литья. Сейчас-то она простовато смотрится за серым бетонным парапетом.

– На старых снесенных мостах имелся такой заборчик, а на набережной не припомню. Нет, точно не было! Уменя и фотографии старого города сохранились– там набережная в том же виде.

Александр почуял неладное в моем интересе и подозрительно щурил глаза. Насторожился и капитан:

– А почему вы про забор-то спрашиваете?

Переглянувшись с Михаилом, я признался:

– Метрах в трехстах пятидесяти от эстакадного моста нашли мы большую яму, наполненную обычным мусором. Мусор разгребли, расчистили. Под ним лежит секция от парадного чугунного забора. Ровненько лежит, аккуратно. Вот и подумалось мне: откуда она там взялась, если на набережной таких изысков отродясь не водилось?..

– А под ней? – подался вперед майор ФСБ.