Бумеранги (СИ)

Она поднимает руки к небу и жестами умоляет выслушать.

- Сейчас достану планшет, - говорит Кристина и торопливо лезет в рюкзак. Надеюсь, онлайн-переводчик будет к нам великодушен.

А выслушав женщину, я понимаю, что если мне не дадут ключи от долбаной тачки немедленно, я выбью их из местных стариков силой.

Кристина поражена до глубины души. Наконец-то флер романтического безумия вокруг лучшего мира развеялся. Вот он, истинный мотив секты: разобрать геймеров на запчасти. Больная семейка - не смогли спасти Нанну, так решили не потерять Антона ценой жизни его младшего брата.

А мы считали, что наши родители нас недолюбили! Воистину все познается в сравнении.

Дорогу до аэропорта Бергена мы едва помним. Рейс до Москвы приходится взять с двумя пересадками. Конечно, я написала тысячу сообщений Косте, он их все прочитал, но ответил лишь просьбой, чтобы я берегла себя.

Я буду, только и ты тоже.

Вся дорога как в бреду. Снова автобусы, аэропорты. Изматывающие перелеты. Мы зависаем в Риге на долбаные десять часов! Сидим в переполненном аэропорту прямо на полу, я в отчаянии грызу ногти и царапаю щеки - вернулась старая нервная привычка. Мы с сестрой не можем сделать ничего.

- Время подходит, - говорит она, в очередной раз обновляя экран планшета. В наших ушах по наушнику.

В полчетвертого ночи Кристину добавляют в основной чат «второго потока». Народу здесь… Боже… и правда сотни. Но никто не пишет, полная тишина. Мы не можем отправить сообщение, стоит ограничение. Пишет только Мор. Все затаились и читают.

От него падает ссылка, по которой мы переходим в одну из онлайн-игр, в которой постепенно авторизуются участники «второго потока». Сердце сейчас выпрыгнет из груди.

Пожалуйста, Костя, ты должен успеть. Сделай что-нибудь.

Мы с сестрой держимся за руки. Нам ужасно страшно.

Мор говорит речь, потом добавляет: «С нами проводник, как я и обещал. Раза, мы слушаем команду».

Пульс чувствуется уже где-то под горлом. В наушнике раздается знакомый голос. С легким акцентом даже на английском. Вот только он не произносит роковые четверки. Вместо этого:

- Два тринадцать, - говорит Костя четко, громко. Немного режет слух - я привыкла, что он в основном общается полушепотом. По коже пробегает холодок: - Код - два тринадцать. Отдыхаем до следующей моей команды, - «моей» выделяет голосом. - Никто не уходит. Никакие действия не совершает. Метод перехода в «Данте» - ошибочный. Каждый, кто ослушается, будет исключен из отряда пожизненно. Отписываемся в чате, как «принято», - бескомпромиссно.

Я слежу за маячками, Мор пытается что-то говорить, писать, но теперь немой он. Какими-то техническими средствами его попросту отключили.

Через мгновение слева начинаются сыпаться сообщения «принято». Снова и снова. Десятки сообщений.