Бумеранги (СИ)

Ну, ты понимаешь, они не церемонятся. Ладно, мне уже пора, - он смотрит на сотовый, куда мгновением раньше упало сообщение. - За кофе я заплатил, про это не волнуйся. Но сумму, пожалуйста, найди. Все, до встречи. Рад был видеть. И, кстати, ты хорошо выглядишь, не считая слегка опухшего лица. Надеюсь, ты не из-за меня все еще плачешь?

- Нет.

- Вот славненько, а то я чувствую себя последней скотиной. Но согласись же, что вина была на тебе. Мне жаль, что так вышло. И… если захочешь… ну, вспомнить былые времена, короче… просто позвони.

***"

"Словно оцепенев, медленно и неуклюже я выхожу из кафе, бреду на работу, впереди две пары, нужно умудриться их выстоять. От Вадима следовало ожидать чего-то подобного, честных мужчин ведь не существует, но… вернуть деньги? Он серьезно? О коллекторах я знаю только то, что работают они зачастую нелегально, и чаще всего там заправляют люди, которым закон не писан. Что же мне делать? Вляпалась так вляпалась. Эта сумма мне теперь ночами будет сниться.

***

В общежитии, отгородившись от мира наушниками, я пытаюсь сосредоточиться на контрольной. Здесь всегда шумно, и за последние месяцы я научилась думать, слушая громкую музыку. Всегда разную, под настроение. Иногда это одна и та же песня, играющая часами по кругу. После второго-третьего прогона перестаешь на нее реагировать, как на что-то отвлекающее.

На сотовый падает сообщение: «Уважаемая Элен, это Татьяна Петровна, «Без имени». Завтра в девять утра важное внеплановое собрание, явка желательна. Мы своих не бросаем, помните?»

Отвечаю: «Я знаю правила, спасибо. Буду обязательно».

Видимо, Мистер молчаливое высокомерие пока не поделился подозрениями с куратором. Может, у него не нашлось аргументов, и он собирает доказательства? Или начал сомневаться в своей правоте? Возможно, он ко всем новеньким относится с предубеждением, и я прохожу что-то вроде обряда посвящения?

В любом случае, сообщение от куратора пришло вовремя. Немного поддержки - это как раз то, что мне сейчас нужно.

Глава 4

Элен

Уложив волосы и надев свой лучший брючный костюм я выбегаю из общежития. Под ногами чавкает первый в этом году подтаявший снег, утренний морозец покалывает лицо и костяшки пальцев, раннее солнце слепит глаза до такой степени, что приходится надеть солнечные очки. Невольно вспоминаю, что вчера именно благодаря дневному свету Мистер молчаливое высокомерие смог уйти от «преследования», не дослушав то, что я собиралась сказать.

Мои глаза обладают особой чувствительностью и легко слезятся при малейшем превышении порога раздражительности.А от софитов и вовсе слезы текут ручьями: на концертах или любых других шоу их не остановить. Они бесцеремонно катятся черными от туши каплями и падают на платье, руки, оставляют разводы.

Солнце всегда останавливает меня.