Бумажная принцесса

Я бросаю взгляд на Рида, но он, скрестив руки на груди, стоит у шкафчиков. И забавляется происходящим.

Синие глаза Истона затуманиваются.

– В чем дело, сестричка? Язык проглотила?

Я не в силах ответить ему. Мой взгляд перемещается на дверь, что ведет наверх. За мной есть еще одна, но мне не хочется поворачиваться спиной к Истону, если придется спасаться бегством.

Парень замечает страх в моих глазах, начинает смеяться и тут же достает руку из штанов.

– О, ты только посмотри на это, Рид. Она нас боится. Думает, мы ее обидим.

Рид тоже смеется. Сидя на столешнице, он ухмыляется мне.

– Не наш метод. Девчонки сами прыгают к нам в постель."

"Мне хочется сказать, что смысл сексуального насилия не в том, чтобы кого-то трахнуть, а в том, чтобы показать свою власть, но теперь мне понятно, что бояться было нечего. Им даже не нужно причинять мне боль. У них уже есть власть. Это… это было просто запугивание. Игра. Братья хотели, чтобы мне стало не по себе, и им это удалось.

Во время нашей трехсторонней дуэли взглядами в кухню входит Каллум. Он хмурится, когда замечает, что Истон стоит слишком близко ко мне, а Рид следит за всем, сидя на кухонной столешнице.

– Все в порядке?

Братья Ройалы наблюдают за мной, ждут, что я настучу на них.

Но я этого не делаю.

– Все отлично. – Я засовываю в рот еще одну ложку йогурта, хотя аппетит совсем пропал. – Мы с вашими сыновьями как раз узнаем друг друга поближе. Знаете, у них великолепное чувство юмора.

Губы Истона дергаются в усмешке. Но как только Каллум отворачивается, его рука снова сжимается на промежности.

– Тебе понравилась вчерашняя вечеринка? – спрашивает Каллум.

Рид, глядя на меня, выгибает бровь. И снова ждет, расскажу ли я их отцу о том, как они бросили меня на обочине. Но и об этом я умалчиваю.

– Да, было здорово, – вру я. – Суперкруто.

Каллум усаживается за стол, пытаясь создать барьер между мной и его сыновьями, но эти действия лишь вызывают у Рида и Истона насмешливые улыбки – они даже не стараются скрывать свою реакцию.

– Чем хочешь заняться на выходные?

– Все нормально, вы не обязаны меня развлекать, – отвечаю я.

Каллум поворачивается на стуле к сыновьям.

– А вы двое?

Подтекст: «Что мы будем делать с Эллой?» Я съеживаюсь, а между лопаток появляется неприятное ощущение, которое я начинаю называть «ройаловской занозой», в честь Ройалов.

– У нас планы, – бубнит Рид себе под нос и выходит из кухни прежде, чем Каллум успевает снова открыть рот. Он поворачивается к Истону, но тот поднимает вверх ладони и невинно моргает.

– Не спрашивай меня. Я средний сын. Буду делать то, что скажут остальные.

Каллум закатывает глаза, а я, несмотря на напряжение, тихо усмехаюсь, уткнувшись в тарелку. Истон делает то, что хочет.