Бульдог. Хватка

Все в сборе. Чего шумим? – окинув взглядом всю четверку «арестантов», поинтересовался Петр, подозревая, что их возбуждение появилось вовсе не на ровном месте.

В ответ на его вопрос четверо мастеров загалдели разом, каждый старался довести до государя радостное известие. Н-да-а. Давненько он не видел их в таком возбуждении, куда заморским обезьянкам в императорском зверинце. Однако, несмотря на поднявшийся гвалт, Петр без особого труда понял, что им наконец удалось получить уже вполне рабочий аппарат телеграфа, выдающего как кодированный сигнал, так и готовый текст. Это была их общая победа. Всех шестерых. Угу, и Бурова в том числе (или все же в первых рядах).

Тут же провели показательные испытания. Для демонстрации все уже было готово. Один из аппаратов установили в садовом домике, расположенном в дальнем конце парка, второй в кабинете у императора. Они активно переписывались в течение часа, словно дети, которые никак не могли наиграться с новой игрушкой.

Все же Петр решил, что новинка должна пройти настоящие испытания, а это возможно только при практическом применении. И потом, даже вот эти два аппарата всего лишь прототипы, какими бы совершенными они ни казались. Поэтому мастера получили приказ изготовить еще два аппарата. Туманову же будет поручено подобрать нескольких человек на роль телеграфистов."

"Император решил связать телеграфом Летний, Петергофский и Аничков дворцы, а также резиденцию Канцелярии государственной безопасности. Хм. Пожалуй, все же пять. Еще один аппарат поставят в Кронштадте. В свете назревающих событий совсем даже не помешает. Как ни крути, а база Балтийского флота является воротами столицы. Пока русский телеграф будет существовать в таком виде, а как оно сложится дальше – покажет время.

– Здравия тебе, государь, – степенно поклонившись, поприветствовал императора вошедший без доклада Туманов.

Что же, имеет право. Вот только вид у него такой, что Петр поспешил выпроводить своих научных подвижников и внимательно посмотрел на главу КГБ. Тот старался не докучать императору своим обществом, предпочитая не сваливать проблемы на своего коронованного зятя, а решать их. И, надо признать, Петру это нравилось. Так что если Туманов прибыл во дворец без вызова, на то были веские основания. И это не могло не насторожить.

– Говори, – устроившись в кресле и сложив пальцы перед собой домиком, приказал Петр.

– Два дня назад, двадцать девятого августа, Фридрих без объявления войны вторгся в Саксонию, – доложил князь.

На то, чтобы доставить вести от посла в Берлине, гонцу в лучшем случае потребовалось бы десять дней.