Бульдог. Хватка

Правда, в основном это малотоннажные бригантины и шлюпы для торговли в вест-индском регионе. Хм. Или для контрабанды. Впрочем, между первым и вторым тут порой не было никакой разницы.

– Эй, парень, останови у трактира, – похлопав чернокожего кучера по плечу, распорядился Антип. – Все, спасибо, можешь возвращаться.

Раб угрюмо кивнул в знак того, что понял, и начал разворачивать экипаж, чтобы вернуться на плантацию Лоурена. Ничего удивительного в его поведении не было. Как успел выяснить Антип, возвращенный ими раб пользовался среди остальных невольников уважением. Господин Лоурен не стал затягивать с экзекуцией и начал ее тем же вечером. Охотники не пожелали при этом присутствовать, но дела это не меняло. Над бедолагой будут измываться еще долго, а все из-за русских егерей, которые так ловко его изловили и вернули хозяину за щедрое вознаграждение. Ну и с чего бы этот раб должен им улыбаться?

– Вишь, как зыркает, – вздохнул Родион, провожая взглядом повозку.

– Опять? – строго одернул подчиненного Антип. – Родион, если тебе не по нраву, то чего же тогда соглашался сюда ехать? Ведь никого силком не тянули."

"– Не тянули. Да что толку-то? Уходить по выслуге и оседать на земле? Да какой из меня крестьянин после стольких лет беготни по горам наперегонки с костлявой. А тут вроде как и не служба, и в то же время все знакомо.

– Так и не стони.

– Да пойми ты, Антип Петрович, там я какого башибузука приголублю, вызволю пленника, и сердце радуется, потому как долг христианина исполнил, от неволи человека избавил. Или татя и убийцу какого на сковородку спровадил. А тут… Тут все наоборот. И что с того, что они ликом черны. Люди ведь.

– Я тебя понимаю, Родион. Ты вот что, отдохни с недельку. Тем паче рана у тебя. Подлечись. А там, глядишь, и отойдешь.

Отпустить бы Родиона с такими настроениями от греха подальше. Но, с другой стороны, боец он первостатейный. Его уход будет серьезной потерей. Так что лучше уж пусть в себя придет. Даже схватка с маронами не смогла развеять его хандру, потому как их настоящими татями и не назовешь. Они ведь полагают, что то их земли, а значит, белые пришли незваными. А незваный гость, как известно, хуже татарина. Ну, во всяком случае, так можно было представить себе это дело.

Пить пиво по такой жаре – затея не из лучших. Вроде и крепость не та, и в то же время опьянение какое-то тяжелое. Другое дело по вечерней прохладе. А сейчас лучше уж квасу. Вот им-то, родимым, они запивали сытный обед. Молодец Егорка, трактирщик местный, готовка у него просто загляденье. Они тут с супругой крутятся с рассвета до поздней ночи.

Дверь хлопнула, и в обеденный зал вбежал мальчонка лет тринадцати.