Бульдог. Хватка

Да, он принял решение и не собирался от него отступаться. Но родителей и брата он любил всем сердцем, а потому эта размолвка лежала на его плечах тяжелым грузом. Напутствуя его после отпуска, батюшка с самым серьезным видом заявил, что если он, паршивец эдакий, утонет, то лучше ему домой не возвращаться.

А вот в училище его ждало разочарование. Мичман Притула, окончив курс обучения с отличием и имея право выбрать корабль, служить на фрегат, как он о том мечтал, так и не попал. Вместо этого он угодил в какую-то странную часть, окутанную флером секретности. Ничего удивительного, если знать о том, что эти люди – боевые пловцы, самая настоящая элита, причем не флота, а КГБ.

Это именно их стараниями в турецкую кампанию взлетали на воздух вражеские суда. Это именно благодаря им несколько шведских кораблей нашли свою гибель прямо на якорной стоянке, едва только Швеция предприняла первые враждебные действия. Об их существовании знало не больше десятка человек.

Пловцов было около сотни, не так много, если вдуматься. Но это с какой стороны посмотреть. Здесь были собраны самые лучшие. Казалось бы, основная масса крестьянские дети (кстати, все возведены в дворянское звание, так что отношение в отряде равное), однако все были достаточно образованны, и каждый в совершенстве владел двумя иностранными языками. Мало того, вместе с языками они досконально изучали нравы и повадки жителей соответствующих стран.

С самого начала молодому мичману, а теперь сержанту КГБ, доходчиво объяснили, насколько ему не повезло. А возможно, не повезло и его родным, потому как за его неосмотрительность животом ответят и они. Что с того, что им ничего не ведомо? Зато сам Вадим Михайлович все прекрасно знает. А значит, и выводы сможет сделать правильные.

А потом начались самые настоящие мучения. Обучение за партой сменялось боевой и физической подготовкой, и наоборот. Ему буквально некогда было вздохнуть. С каждым разом нагрузки только возрастали. Правда, если в вопросах боевой подготовки ему доставалось по полной, то в деле изучения наук было куда проще, мало того, командование отряда использовало его преподавательские способности, закрепив за ним товарищей, которым науки давались несколько труднее.

А еще закаливание. Их наставник, издеваясь над своими подопечными, все время приговаривал, что они ему еще не раз спасибо скажут. Хм. Ну, возможно, он и прав. После того случая с ушедшим под лед крестьянином Вадим решил для себя, что в ледяную воду больше ни ногой. Шутка сказать, у него едва сердце не зашлось от холода, это тебе не на Крещение купаться. Знал бы он, что уже через год в отряде боевых пловцов подобные заплывы для него будут вполне нормальным явлением. Не рядовым, но все же.