Букет для будущей вдовы

Всех там знает, начиная с санитаров, заканчивая завотделениями.

- Но она ведь не ходит ни на какие праздники! - Елена Тимофеевна всплескивала полными руками. - До праздников ли ей? Да и вообще..."

"- Я понимаю, что не ходит. Но спросить то может? С какой-нибудь подружкой ""хи-хи-хи"" да ""ха-ха-ха"": ""А был ли Шайдюк на банкете? А уходил куда или нет?"" Ну, это же так просто!

- ""Хи-хи""! ""Ха-ха""! Какой ты все-таки черствый!

- Не черствый я, мам, не черствый! Просто, на самом деле, надо... Ну, позвони ей, а? А я сам поговорю и объясню, в чем дело.

Я сидела в мягком кресле и хлопала глазами, как полярная сова. Почему черствый? Почему нельзя ""хи-хи"" и ""ха-ха""? И почему неизвестная мне Марина не ходит ни на какие праздники? Что, вообще, происходит, и почему меня не считают нужным в это посвятить?

Митрошкин прояснил ситуацию только тогда, когда Елена Тимофеевна, неодобрительно покачав головой и, видимо, частично разочаровавшись в моих добродетелях, все-таки отправилась звонить. Бабушка в белом платочке и синей вязаной кофте, достававшей ей до колен, сидела в углу дивана и сосредоточенно смотрела ""Угадай мелодию!"". Леха обернулся было на нее, но махнул рукой:

- Все равно слышит плохо... Ладно, включайся, объясняю. Марина - это моя троюродная сестра, мамина двоюродная племянница. Короче, дочь её двоюродной сестры тети Оли. Она работает в кардиологии медсестрой уже лет восемь что ли? Конечно все про всех знает, но с ""хи-хи"" - ""ха-ха"", вообще, неудобняк получился. Тетя Оля умерла недавно, а у Маринки больше никого нет, только дочка маленькая. С мужем они развелись, так что она теперь совсем одна осталась. Хорошая девчонка, правда, несчастная очень. Мать жалеет её сильно, вот и не хочет, чтобы трогали.

- Так может и не надо тогда? - я почти испуганно прикусила костяшку указательного пальца.

- Ладно уж. Начали. Что теперь?!.. Да я думаю, Маринка нормально все воспримет...

Марина действительно восприняла все нормально. Минуты через три Елена Тимофеевна позвала к телефону Леху. Он легко вскочил и бросился в коридор, а она вернулась в комнату. Мне было ужасно неловко и хотелось спрятаться куда-нибудь в стенной шкаф, но, к счастью, ситуацию спасла бабушка, вдруг спросившая:

- А тебя, деточка, что - в милиции обидели?

- Да не то чтобы обидели, - я виновато улыбнулась. - Просто я оказалась не в то время, и не в том месте. Поэтому и неприятности. У меня, вообще, свойство такое - все неприятности на себя собирать.

- А это тебя сглазили. Точно сглазили! - бабуля горестно покачала головой. - Потому и худенька така! Воск надо бы на тебя отлить. Раньше была у нас в Михайловске женщина одна - Гаянэ. Ох, хорошо отливала! Да я уж и не знаю, занимается ли она этим теперь?..