Бухгалтер

Дед свернул карту, пошел прямо. Василий с Аликой переглянулись. Девушка пожала плечами — эка невидаль, кладбище! Скоро вышли на равнину, заросшую невысоким кустарником. Далеко впереди замаячило строение, похожее на разрушенный храм. Подошли ближе, увидели, что проломы в стенах от окон и дверей заложены странными круглыми камнями желтовато-серого цвета. Старик свернул в сторону, на холм. Оттуда разглядели, что внутри дом до краев наполнен такими же круглыми камнями. Василий заметил, что Хо низко опустил голову и ускорил шаг, почти побежал. Алика ничего не замечала, любопытно таращилась на развалины. От руин тянулась едва заметная узкая дорога, густо заросшая травой. Девушка повернулась к Василию, намереваясь что-то спросить. Ей бросилось в глаза белое лицо Барабанщикова и остановившиеся глаза. Удивленно оглянулась и чуть не закричала …

Разрушенный дом, а скорее храм, полон человеческих черепов. Доверху! Проломы в стенах заложены тоже черепами, скрепленными между собой глиной. Крыши не было и черепа возвышались над стенами горой с тупой вершиной. Белые, желтые и серые, вымытые дождями и высушенные солнцем. Они мертво смотрели на живых пустыми дырами, будто молча кричали — и вы придете! В дверном проеме какой-то сумасшедший весельчак расположил черепа лицевой частью наружу. Получилась адская мозаика оскаленных ртов и глазниц. У некоторых черепов оскал продолжили канавками на глине. Они словно хохотали, глядя на живых. Старик низко согнулся, что-то невнятно забормотал, будто молился и тряс головой.

Дальше шли молча. На привале старик уступил настойчивым расспросам Алики и рассказал. Раньше здесь был храм. Монахи молились Будде, никого не трогали. Пришли «Красные кхмеры», разграбили и взорвали храм, монахов убили. Головы отрубили, сложили в единственном уцелевшем помещении. Обезглавленные трупы растащили дикие звери. Потом сюда стали свозить убитых в других монастырях, убитых крестьян, недовольных новой властью. Убивали студентов, школьников вместе с родителями и учителями. Головы отрубали и везли сюда. Смрад стоял страшный. Крысы и воронье сплошной серо-черной массой покрыли землю. Обожравшиеся человечины вороны не могли летать. Тяжело ходили среди крыс, не обращая никакого внимания на хвостатых. А крысы не замечали ворон. Когда храм заполнили до оконных проемов, какие-то психопаты притащили огромный котел и стали вываривать головы. Черепа использовали вместо кирпичей, закладывая ими проемы окон и дверей. Новые головы забрасывали через стены. Когда набросали столько, что стало сваливаться обратно, возить головы перестали. С тех пор прошло много лет, дорога заросла. Хоронить головы некому. Так все и осталось.

Алика долго лежала, молча глядя на звезды. Василий даже забеспокоился.