Бухгалтер

Алика ахнула:

— Мы никого не убивали! Мы вообще никого не трогали! Осеклась. Видимо, вспомнила, как они отделались от погони.

— Вася, но священника мы не убивали и не грабили! — сказала уже тише.

— Нет, конечно, — ответил Василий. Он устало подвинул стул, сел.

— Мы не убивали священника и не грабили церковь, — повторил он. — Это сделали другие.

— Но причем здесь мы?

— А на нас спихнули. Убийство и ограбление подстроили так, как будто мы это сделали. Теперь нас ищет вся здешняя полиция, частные детективные бюро и наверно, служба безопасности. Я нисколько не удивлюсь, если увижу наши портреты в новостях и газетах с объявлением денежной премии за поимку.

— Как ловко и просто! — пораженно сказала девушка, — но ведь это … я даже не знаю, как назвать!

— Важен результат, — махнул рукой Василий, — остальное несущественно. А теперь еще этих дураков прибили, напали на полицейского…

Василий Барабанщиков огляделся. Впервые он почувствовал, что загнан в угол и никто им теперь не поможет. Но добраться до своих все равно надо, другого выхода нет. Убрал револьвер, стряхнул на пол посуду с ближайшего стола, снял скатерть. Отыскал на полу место почище, стал складывать на скатерть консервы, печенье, хлеб в целлофане и другие продукты, что нашлись в холодильнике и кладовке. Алика молча наблюдала, потом начала помогать. Набрали два здоровенных тюка. Девушка тихо спросила:

— Теперь мы еще и ресторан ограбили?

— Да, — просто ответил Василий, — и это только начало. Помоги мне.

Вдвоем потащили награбленное к самолету Сэма. Открыли кабину, загрузили на заднее сиденье.

— Теперь оставайся здесь, — прошептал Алике, — я схожу за вещами.

— Нет, — также шепотом ответила девушка, — у меня тоже остались вещи. А почему шепотом?

— Ну ладно, — ответил смущенный Василий, — пошли. Только быстро.

— Вот теперь они нам еще как понадобятся, — сказала Алика, кивая на сумку с деньгами.

— Это для чего? — удивился Василий.

— Для подкупа должностных лиц, — важно ответила девушка.

Пока Алика устраивалась в салоне, Василий проверил топливо. Немного не хватало до полного. Быстро слил с ближайшего, добавил до полного. Немного подумал, слил топливо со всех остальных самолетов. Сел в кабину, окинул взглядом приборную панель.

— Ты и летать умеешь? — восхищенно спросила девушка.

— А как же! — небрежно так ответил. Но в душе разрастался холодный ком сомнения. Пилотировать самолет приходилось, но этот предмет не был главным в обучении. Так, в общем и целом, двенадцать часов налета. Поднять самолет в воздух сумеет, а вот посадить — это вопрос. Даже опытные пилоты совершают ошибки при посадке, а с двенадцатью часами налета лучше этого вообще не делать. Если бы Василий был один, он ни за что не сел бы в самолет.