Между прошлым и будущим 1943-1944 (СИ)

Рядом с Мухой в белом халате и кровавой раной на лбу стоял тот лейтенант которого он кажется убил на мосту, тот его же узнал потому что на его лице появилось удивление , потом растерянность неожиданно он что –то сказал ..

1941 ноябрь мост."

"Бой уже закончился и Вальтер уже не порывался встать и показать врагу , что он живой и готов драться, вялость и слабость взяли свое, он сквозь полураскрытые веки видел как ходят вокруг партизаны, слышал голоса. Он понимал, что с каждой минутой из его тела выходит жизнь. Кто то пнул его – Сдох! – Гриша равнодушно перешагнул через него, даже не забрав кинжала, он вдруг понял, что этим самым он хочет показать презрение к своему врагу, твоим оружием я убиваю тебя и ты как собака сдохнешь на моей земле. Гриша приказал уходить, забрав всех убитых и раненых, партизаны скрылись в лесу. У лагеря они встретили женщин. Гриша опустив глаза обнял Дашу , и все ей рассказал. Эта его женщина и она должна знать, что его соперник мертв, что бы оплакать его и забыть. Он знал, что если Даша все же любит этого, то ее сердце будет болеть по нему, а потом он Гриша там будет всегда.

Когда все стихло Вальтер из последних сил, вдруг попробовал подняться, но снова рухнул на снег, его шинель вмерзла в снег. Его так и нашли лежащим в собственной замерзшей крови, сжимающим кинжал, словно желая его вытащить, но сил не хватила.

- Осмотрите здесь! – Крикнул один из офицеров.

- Этот жив!- Крикнул солдат, когда хотел вытащить кинжал и Вальтер застонал.

С него сняли шинель и погрузили в машину, вскоре он был в госпитале.

Госпиталь 1942 год

Город

« Сколько месяцев прошло, декабрь, январь, февраль, март, апрель 5 месяцев?» – Вальтер зажмурился , открыл глаза и снова уставился на потолок, повернул голову направо « Ага, а вон слон, я его увидел кажется в марте, а вот и машина» – он повернул голову влево. Перевернулся « Так, ну вот и мышь»

А что остается человеку, когда запах лекарств, белый цвет словно впивается в каждую клеточку твоего организма- « Скучно! Черт! Даже это не помогает»

Все эти месяцы он лежал здесь, и несколько недель тому назад ему разрешили встать и это было развлечением, а сейчас даже это не помогает. Месяц он был в бреду и к ране прибавилось воспаление легких . А на улице мороз оккупировал каждого кто выходил на улицу и даже проникал в палату , тогда Вальтера накрывали одеялами. Очнулся он ночью, в окно бил фонарь и по стене плясали тени, это было похоже на книгу Данте « Божественная комедия» , он в детстве с любопытством листал эти тяжелые пожелтевшие страницы где изображались мученики горевшие в аду. Но жара не было, а был холод.