«Волкодав» из будущего

Что СМЕРШ в моторах понимает? Думал – пропаду не за понюшку табаку, а дело-то вон как повернулось?! И что мне самому было не додуматься – ту солярку на вкус не попробовать?

– Впредь осмотрительнее будешь, майор. Да что там, не унывай – за одного битого двух небитых дают. Вот с водителем вы все – политрук, особист ваш, да и ты, – сплоховали. Хотя выявить скрытого врага непросто.

Мы вышли на свежий воздух. В парке около грозных машин суетились танкисты, завершая заправку. Взрокотнул танковый дизель, чихнул натужно. Зампотех побледнел, напряженно вслушиваясь, как работает дизель. Но двигатель работал ровно, устойчиво.

– Ну, счастливой вам дороги! – напутствовал нас обрадованный майор.

– Желаю больше со СМЕРШем не встречаться, – ответил я.

Мы уселись на мотоцикл и поехали в отдел.

По дороге Алексей, перекрывая рокот двигателя, спросил:

– А как вы догадались, что топливо испорчено?

– Сам подумай, как догадаешься – мне скажешь.

– Отказ произошел одновременно у всех танков сразу.

Я кивнул:

– Именно это и подтолкнуло меня к правильному решению. «Чистильщик» ведь не только, даже не столько стрелять должен уметь, сколько думать, анализировать. Вот замполит накатал телегу и руки умыл, а подозрение на всех танкистов пало. Мы не только врагов – тайных и явных – выявлять и карать должны, но и своих бойцов, незаслуженно обвиненных, в обиду не давать. Одна сволочь завелась, а из-за нее вся рота могла в штрафбат попасть, а зампотех и вовсе вплоть до расстрела. От наших с вами решений часто жизнь людская зависит. Нельзя нам ошибаться. Потому – думайте!

– А откуда же нам знать, какая солярка на вкус бывает? – удивился Виктор.

– Опыт, друзья мои, опыт – сын ошибок трудных позволяет найти истину.

Мотоцикл плавно съехал на дно просевшей дороги. Виктор рулил по разбитой тяжелой техникой колее, запорошенной снегом; на подъеме двигатель натужно заурчал. Переключив скорость, Виктор вздохнул:

– Э… когда мы еще такого опыта наберемся…

Я не ответил. В лучах заходящего на западе зимнего солнца меж редких берез розовели заснеженные поляны. Длинные тени от стволов деревьев показывали, что приближается вечер. Морозец крепчал, а на душе было тепло и спокойно. Может – от скупого солнца, а может, от ощущения успешно выполненного задания.

Мне вспомнилось то далекое время, когда я сам ехал по смоленской дороге – не по фронтовой, а по отличному шоссе с разметкой полос, и не на военном мотоцикле, а на своей «шестерке», в летний отпуск. Как же давно это было! Суждено ли мне вернуться в то безмятежное время?

Я тяжело вздохнул.

– Товарищ капитан, что-то упустили в полку? – озабоченно спросил Алексей.

Я посмотрел на своих помощников, на румянец от мороза, охвативший щеки лейтенантов, и улыбнулся:

– Да нет, ребята. Все так.