«Волкодав» из будущего

Есть я отказался, машина придет не скоро.

– Может, отдохнуть хотите?

– Не откажусь.

Я стянул сапоги и улегся на нары. Под головой лежал ватник. В землянке было тепло, и я быстро уснул.

Проснулся от покашливания.

– Товарищ майор, проснитесь – машина пришла.

Я встал, протер глаза, натянул сапоги.

Лейтенант распахнул дверь – резануло глаза. Уже рассвело.

– Вот, накиньте телогрейку – холодно, да и формы немецкой не видно будет.

Это он верно мыслит. Чего немецкой формой бойцов дразнить?

Лейтенант проводил меня до машины – открытого американского «Виллиса», отдал мой автомат бойцу.

– Вот, доставишь человека в штаб дивизии, в СМЕРШ.

– Так точно, приказ получил.

Молодец лейтенант, службу знает – не назвал моей фамилии и звонил.

А дальше – штаб дивизии, где меня в СМЕРШе переодели в форму рядового Красной Армии, поезд с сопровождающими, и Москва.

Бодров встретил меня прохладновато. Да, собственно, на горячий прием я и не рассчитывал – меня в отделе никто не знает, задание первое, к тому же еще и провальное, хотя и не по моей вине.

Майор усадил меня в кресло напротив себя.

– Рассказывай все подробно, начиная с момента выброски.

И я начал: о том, что выбросили не туда – ветер ли был тому виной, или штурман промахнулся, о том, как шел пешком, как встретился с агентом.

– Опиши агента подробно.

Майор слушал меня и лишь иногда коротко что-то записывал.

– Теперь про встречу с власовцами.

– Я встречался только с одним – начальником штаба.

– Опиши его.

Я подробно, до мелочей описал внешность власовца.

– Подробно, до мелочей – весь разговор.

Все, что я рассказывал о переговорах, Бодров записывал.

– В город выходил?

– Никак нет, находился в доме у агента.

– Как добирался до своих?

Я подробно рассказал о поезде, мотоциклисте. Достал засургученный пакет.

– Это я у него забрал.

Бодров кому-то позвонил, явившемуся бойцу отдал пакет:

– К переводчикам, ответ жду незамедлительно! А ты продолжай!

И я подробно рассказал о госпитале в лесу и о том, как забинтовался, маскируясь.

– Это ты ловко придумал. Дальше.

Я пересказал всю свою эпопею – до момента встречи с особистом.

– Все?

– Вроде.

– Ну-ка, давай еще раз.

Эту манеру переспрашивать два, три раза, чтобы поймать на мелочах, на нестыковках я знал – изучали методы допроса в спецшколе. Я повторил все описание своего рейда снова.

– Хорошо, на сегодня хватит.

Кнопкой под крышкой стола Бодров вызвал сержанта:

– Проводите майора.

Я думал, меня отведут в прежнюю комнату, где я раньше – перед заброской – спал. Однако меня поместили в одиночную камеру внутренней тюрьмы. Самую настоящую – с зарешеченными окнами, с нарами, прикованными цепью к стене, чтобы арестованный днем лежать не мог, с глазком в двери – для надзирателя.