Помещицы из будущего

Вот как ее было заставлять работать? Я понимала, что это глупо, но все равно чувствовала вину перед ней.

В один из вечеров, нянюшка сказала нам:

- Вы уж меня послушайте, голубки, и сделайте, как я скажу. Марфушку замуж отдать нужно. Нечего ей здесь быть. Работница из нее невесть какая, а вот злобу на вас она затаить может.

- Так за кого ее замуж отдать? – удивилась Таня. – Разве у нее жених есть?

- А за это вы не переживайте, я все порешаю, – Аглая Игнатьевна хитро улыбнулась. – Найдем мы ей супружника. Пущай в деревню перебирается. Свой дом заимеет, хозяйство, авось на добро выйдет.

В ее словах был смысл. Если оставить Марфушку в усадьбе, неизвестно, каких проблем с ней нахлебаемся. Может, и правда нянюшка найдет ей хорошего парня, с которым она будет счастлива.

Были и радости в нашем доме. Аренда земель Потоцкими закончилась. Теперь нужно было думать, как их использовать. Таня приняла ухаживания Андрея, а я получила письмо от мужа. Спрятавшись под кустом жимолости, я с трепетом распечатала конверт и, увидев красивые, ровные строчки, расплакалась. Успокоившись, я взялась за чтение, не замечая, как кусаю губы в кровь, чтобы не зареветь в голос."

"«Здравствуйте, моя драгоценная супруга. Лизонька… Получил ваше письмо, и меня охватили такие чувства, что хотелось сломать монастырские стены и лететь к вам, подобно птице. Главное, не волнуйтесь обо мне. У меня все хорошо. Нет… Не могу врать вам - плохо. Тоска иногда просто невыносимая. Мне не хватает умных глаз ваших, милой улыбки и таких разумных, ласковых речей. Пусть нас пока разделяют трудности, над которыми мы не властны, но я счастлив, потому что впереди целая вечность. С того самого мига, как я назвал вас своей женой, и до моего последнего вздоха я всегда буду относиться к вам с любовью и нежностью».

Он еще писал о том, что продолжает заниматься гимнастикой, что все не так плохо. И чтобы я не переживала, чтобы берегла себя и ребенка. Но я-то понимала, что мужчина никогда не станет жаловаться. Павел Михайлович живо интересовался делами усадьбы, с энтузиазмом воспринял идею с консервацией и сообщил, что купец Пименов очень честный человек, с которым можно иметь дела.

Это письмо придало мне сил. Хотелось что-то делать, чего-то добиться, чтобы муж гордился мной.

Пришло время собирать урожай нашей картошечки. Несмотря на то, что она была посажена под солому, собирать ее оказалось не так просто. Корни вросли в грунт, а от соломы осталась полусгнившая труха, поэтому слугам приходилось подкапывать ее вилами. Из минусов: кое-где клубни были поедены проволочником, но на урожай это сильно не повлияло. Картофель попадался разный: и мелкий, и средний, и крупный, но крупного все же было больше. С трех кустов мы набирали большое деревянное ведро! А еще под грядкой не было травы.