Буду тебе женой

Она притягивала его с какой-то ненормальной пугающей силой.

Не замечая, как Логан на нее смотрит, Карина откинула с лица пряди волос, которые ветер настойчиво бросал ей в лицо, стерла пальцами с щеки Тима песок и что-то сказала ему, улыбаясь. Тим поднял брови домиком, а потом засмеялся, держась за живот. Она так запросто с ним справлялась… И ужасно напоминала Логану его собственную мать, которую тот любил больше всего на свете. Ее и сестру. Именно мать подарила им относительно нормальное детство, именно к ней он и приходил со всеми своими проблемами и невзгодами. Именно она осушала слезы, когда отец в очередной раз отталкивал их от себя. Даже сейчас, спустя столько лет, Логан не мог понять, почему Барт так себя вел. Они же были его детьми! Плоть, мать его, от плоти! А он… он ломал их, калечил. Своим равнодушием и холодностью. Логан из трусов выпрыгивал, чтобы ему угодить. Чтобы получить от отца хотя бы крохи внимания и любви. Он тянулся к нему, он старался, но… за всю свою гребаную жизнь так и не заслужил хотя бы маленькой похвалы.

— Твой отец несчастный человек, Логан, — говорила мать перед смертью, — и никто не виноват в том, что он не сумел справиться с собственными комплексами. Он попал в наш круг лишь благодаря женитьбе на мне, и все последующее время наказывал меня за это. Наказывал за то, что рос на улице, в то время, как я за забором особняка в Бейкон-Хилл… В глубине души, несмотря на всю свою браваду, он до сих пор считает себя второсортным. Он барахтается в этой луже комплексов, и чтобы окончательно не утонуть, ищет второсортность во всем. В тебе, во мне, в Марси … Критикует, принижает, умаляет ваши достоинства и достижения. Ему намного проще опустить вас на свой уровень, чем самому подняться — ведь это потребует от него определенных усилий. Но знаешь, что? У него никогда не получится вас сломить. Вы сильные, смелые, дерзкие… Я в вас верю.

Неверное, его мать была в чем-то права. Но в тот момент её сильная Марси уже порядком подсела на дурь, а его самого несло бог его знает куда. Он бросил Гарвард и целыми днями лежал в своей обшарпанной комнате общежития, из которой его вот-вот должны были попереть, и разглядывал покрытый трещинами потолок.

А потом мать умерла, и его мир перевернулся.

Бежал ли он от любви? О да, чтоб его… Какого черта он вообще об этом думает?!

На живот Логана приземлилось что-то холодное и слизкое. Он резко приподнялся и увидел небольшую медузу.

— Какого черта?

— Пойдем с нами. Там весело! — улыбнулась, сверкнув глазами, Карина и, шкодливо закусив губу, запустила в него еще одним слизким комочком.

— Разве все нормальные женщины не брезгуют этой дрянью?

— Нормальные женщины? Где ты их видишь? — Карина развела руки в сторону и картинно осмотрелась по сторонам.

— И правда.

Логан встал.