Буду тебе женой

Смотрел на нее и молчал. Долго-долго. И ей было так неуютно под этим странным изучающим взглядом.

— Большей глупости я от тебя не слышал, — сказал он, наконец, вставая. Одним резким выверенным движением обрывая протянувшиеся между ними ниточки.

— Нет, — прохрипела Карина, — нет, пожалуйста…

— Ты не знаешь, о чем меня просишь!

Логан сунул большие пальцы в карманы джинсов. Окатил ледяным взглядом. Но эта напускная холодность не могла обмануть Карину. Отрезвить — да, но не обмануть. Она чувствовала, что за ней прячется целый ураган совсем других чувств. И если сорвет контроли — те сметут всё на своем пути. И всех… Может быть, этого он и боялся? Тот, кто привык контролировать всё и вся? Или ей просто хотелось так думать, чтобы не задохнуться. Ведь он стал ее воздухом! Воздухом… Который теперь отобрал…

— Я прошу тебя быть со мной этой ночью…

Удивительно, что имея так много возможностей, Карина всю свою жизнь провела, как нищая — с протянутой рукой. В разное время она просила о разном. Но каждый чертов раз о любви. Последний — о любви Глеба Громова. С тех пор прошло уже два долгих года, а ничего не поменялось. И снова она как на паперти…

— Ты слишком молода, Кори… А потому, наверное, идеализируешь происходящее. Любви нет. Людьми движут инстинкты. Похоть… или поиски выгоды.

— А что движет тобой? — зажмурилась Карина, млея от его ласкового «Кори». Её никто так не называл. Для всех она была Кариной Каримовой. Избалованной дочкой своего влиятельного отца.

— Желание на секунду забыться между твоих ног. Отвлечься от проблем, которые завтра снова навалятся. У меня были тяжелые дни. И преступно долго не было женщины.

— Тогда почему же ты отступил? — взволнованно переспросила Карина, давая тем самым понять, что не имеет ничего против. Сейчас она бы довольствовалась даже объедками, брошенными ей, как голодной собаке. Умирая со стыда, она бы довольствовалась…

— Потому что тебе это совершенно точно не нужно. Я, конечно, не самый лучший мужчина на земле. Но и не подлец."

"Он ушел, оставляя ее в звенящей, давящей на уши тишине. Не в силах в ней оставаться, Карина захохотала. Она смеялась, умывалась слезами, и снова захлебывалась смехом, пока не обессилела. А потом, отвернувшись стене, прошептала:

— Ты будешь… будешь моим!

Карине казалось, что она только уснула, когда её разбудил яркий настырный луч, проникший в огромное окно их бунгало. Щурясь, девушка спустила ноги с кровати. Глаза опухли, как после пьянки, их нещадно пекло.

В дверь забарабанили. И тут же в её комнату влетел маленький ураган:

— Привет. Ну, ты и соня! Мы с папой уже успели порыбачить, а ты все спишь и спишь!

— Погода настолько улучшилась? — недоверчиво переспросила Карина.

— Дождя нет! Но ходят тучи, и ветер опять усиливается.